Я потерялся в этом мире любви, которую не знал до сих пор. Я отдал себя этой женщине, как она отдала себя мне, безоглядно, бездумно, только потому, что иначе не могло быть, потому что наши души внезапно соединились.

Следующим утром я проснулся, не понимая, где я и что со мной происходит. Надо мной полог москитной сетки. Звонит телефон. Поворачиваю голову и вижу улыбающееся лицо Халимы. Реальность начинает доходить до моего сознания. Я понимаю, что счастлив. Тянусь губами к её губам. Мы сливаемся в поцелуе. Телефон продолжает звонить.

Но так только говорят «звонит телефон». На самом деле из него слышатся звуки бравурного марша. Это мой мобильник. Он лежит на прикроватном столике за пологом со стороны Халимы. Она берёт его и передаёт мне. Я прерываю марш нажатием кнопки разговора.

Из трубки доносится голос Ани:

– Привет, Женя. Ты не спишь? Что долго не отвечаешь?

В растерянности от такого звонка я не знаю, что ответить, и бухаю:

– Я сплю. А который час?

Радостный голос Ани щебечет:

– У нас девять, но я уже успела сбегать в киоск и купить вашу газету. Там вышла твоя статья.

– Значит, у нас только восемь утра. Ты не могла бы перезвонить попозже?

– Вот те на! Ты что же, не рад моему звонку? А я тебя хотела поскорее обрадовать твоим эссе. Правда, я с ним не согласна. В Киеве на майдан пришёл народ, возмущённый коррупцией в правительстве. И украинцы хотят в Европу, ну и пусть себе идут туда. Потом поймут, если будет хуже, и вернутся.

Такого я от Анны не ожидал. Мы с нею не обсуждали украинскую тему. Но мне сейчас не до неё, и я говорю:

– Спасибо за информацию, но, честное слово, я ещё сплю.

– Ты не заболел там случайно? Я тебя не узнаю. Ты где сейчас?

– Я в Джубе. Ну пока. До связи.

Понимаю, что такое окончание разговора Рите не понравится, но ничего с собой не могу поделать. Ей, видите ли не понравилась моя статья. И она, оказывается, совсем иначе представляет проблему украинского народа. Я откладываю телефон на постель и поворачиваюсь к Халиме. Я снова возвращаюсь в счастье.

Но странное дело, почему женщины так чувствительны? Халима спрашивает:

– Это звонил женщина? Тебе неприятно?

Я обнимаю Халиму и шепчу:

– Да, звонила журналистка. Сказала, что вышла моя статья в газете. Я люблю тебя, Халима. Выходи за меня замуж.