От одной только мысли о том, что я бы мог вкусить желаемую сладость, сердце забилось быстрее, а мне стало жарко и неспокойно. Я ненавидел ту женщину за то, что она на долгие годы превратила мою жизнь в ад, но отрицать было бесполезно – я хотел ее коснуться, хотел трахнуть ее так, чтобы она забыла всех других мужчин в своей жизни, чтобы она стала хотя бы вполовину так же одержима мной, как я был ею, чтобы она больше никогда в жизни не забыла мое имя.
Я провел языком по зубам и затолкал эти чувства как можно глубже, но это совершенно не помогло расслабиться.
– Никогда.
– Почему?
Я встретился с ней глазами.
– Потому что тогда оно победит.
– А вы не любите проигрывать? – Она закончила предложение с выдохом.
Казалось, я почти мог слышать отчаянный стук ее сердца, пока мы смотрели друг на друга в душной тишине.
Она заправила за ухо прядь волос и перевела взгляд на свои бумаги, пробормотав:
– Да, не любите.
Тиканье часов грубо вторглось в наш разговор, напоминая грозящую взорваться бомбу. Саша бросила на них взгляд и сказала:
– Последний вопрос, прежде чем наша встреча подойдет к концу. Как вы справляетесь со своим «увлечением»?
– С помощью порядка.
– Вы предпочитаете порядок? – переспросила она. – В каких областях?
– Во всех.
Она покраснела и прочистила горло.
– А что вы делаете, когда в вашу жизнь врывается беспорядок?
Перед моими глазами мелькнули густые волосы – иногда каштановые, иногда светлые, – гладкая оливковая кожа, босые ноги и все остальное, что было для меня запретно.