Он оглядел её изучающим взглядом.

— Как ты?

Она пожала плечами.

— Я принимаю успокоительные и хожу к психотерапевту, чтобы справиться со своими проблемами.

Он опустил взгляд.

— Звучит жестко.

Почему он не мог смотреть на неё.

— Что ты хотел мне сказать, Майлз? — поторопила она его, так как не могла больше ждать. Ей в любом случае нужно было это узнать.

— Почему ты никому не рассказала про Дилана? — тихо спросил он, грусть проступила в чертах его лица.

Она какое-то время смотрела на него, а потом сказала:

— Всё что он рассказывал мне перед смертью, он рассказывал по секрету, и я не чувствовала себя в праве рассказывать кому бы то ни было.

Он потёр лицо руками, и этот жест тронул её сердце и заставил испытать ту боль, которую она ему причинила. Она не хотела делать ему больно ещё больше.

— Он что-то говорил про самоубийство? — его голос прозвучал хрипло.

Она покачала головой.

— Никогда.

— Почему ты не рассказала ничего после случившегося? — он удерживал её взгляд в поисках ответов.

— Сначала я была в таком шоке, что с трудом могла принять то, что случилось, а потом я почувствовала словно… почему-то… это была моя… вина… Если бы я ответила на звонок, может быть… возможно….

Он сглотнул, а она тем временем пыталась побороть знакомую ей боль и начать говорить об этом.

— Я с трудом справлялась… могла ли я ожидать, что кто-то поймёт… или простит меня… если я ненавидела себя за то, что сделала.

Что-то сверкнуло в его глазах.