У нас есть еще неделя. С этими мыслями я кладу в сумку косметичку.

Раздается звонок в дверь. Бросив взгляд на часы, я недовольно хмурюсь: я точно никого не ждала.

Открыв, я сразу понимаю, что ничем хорошим этот вечер не закончится.

– Здравствуй, Алекс, – нахально улыбнувшись, Алан переступает порог моего дома и проходит в гостиную.

– И я рада тебя видеть, – захлопнув дверь, следую за ним. – Если что-то насчет интервью, то ты мог не утруждаться и написать сообщение.

Он садится на диван и, откинув полы черного пиджака, кладет ногу на ногу.

– Подумал, что нам надо обсудить некоторые моменты.

– Например, то, какую чушь ты говоришь продюсерам?

– Ну почему же чушь? Если ты успела заметить, мой ход удался. Все только и говорят о предстоящем турне.

Сделав глубокий вдох, я пытаюсь успокоиться.

– Если ты пришел насчет Максвелла, то я тебя разочарую: как только закончится турне, я сделаю все возможное, чтобы твои планы рухнули.

Он криво усмехается и проводит пальцем по нижней губе.

– Вот тут ты ошибаешься. Ты будешь делать все, что я скажу.

Его слова звучат как угроза.

– И когда это ты стал обладать такой властью?

Мне не нравится, как он смотрит на меня: с уверенностью в каждом слове. Будто победа уже за ним, и он пришел затем, чтобы предупредить о том, что меня ждет.

– Что ты хочешь? Выкладывай быстро и, будь добр, уходи. Я уже опаздываю.

У меня нет ни малейшего желания слушать очередные бредни о рейтингах и туре.

– К своему серферу? – усмехается он. – Так и будешь жить в трейлере, кататься на доске, строить из себя хозяйку судьбы?

– Тебя это не касается, – цежу я.