Амелия надела свободное расклешенное белое платье ниже колен с кружевными фактурами. Волосы она распустила по всей длине и зафиксировала заколками с двух сторон от пробора по середине. Сегодня она старалась для самого счастливого дня своей жизни, выбирала платье, надушилась духами и долго смотрелась в зеркало, чтобы выглядеть красивой. А её лучезарная улыбка украшала её лучше всех бриллиантов. Одиннадцать часов и вот она стояла на берегу изумрудного моря, сливающегося с голубым оттенком просторного бесконечного неба и с замиранием сердца наблюдала на расстоянии как Майкл чертил что-то на бумаге. Взор Амелии нашёл его сразу среди десятков других силуэтов.

Он смотрел на высокие островные деревья с висящими олеандрами и на вечнозеленые кустарники Каллистемоны. Амелия не видела его лица, но из-за спины было понятно, что он делал расчеты в уме. На нём были бежевые брюки и голубая рубашка заправленная до локтя. Она увидела на его правом запястье браслет, которую подарила она. Он надел его! Этот жест нёс с собой огромный смысл.

Она была готова поклясться, что не видела в жизни ничего красивее этой картины. Она подошла к нему сзади, и стоя в трёх шагах от него сказала.

– Только не думай вырубить здесь все деревья, – её голос содержал подкол, но прозвучал для него так мелодично. Майкл вздрогнул от её голоса. Его руки занятые чертежем медленно опустились, а глаза застыли.

Амелия поняла, какое на него оказало воздействие её голос и ждала пока он осознает, что она здесь. Она из-за спины увидела, как его губы поплыли в улыбке.

– Для завершения двора мне не хватает только одного, – мягко ответил он и наконец повернулся к ней. Его кожа стала загорелой и гладкой без щетины. Даже отсутствие привычного строгого костюма и щетины, никак не умиляло его красоту. В таком образе он был красив по своему, в другом амплуа. Он смотрел на неё с невообразимой любовью, которую всегда до этого скрывал, запирал и не выпускал наружу, но сегодня он дал им волю. Когда Амелия увидела этот взгляд, она забыла все страдания которые пережила. Он был способен вылечить её от всего.

– Значит, дом ты уже закончил? – она двинулась с места на встречу к нему и еле сдерживала себя, чтобы не упасть без сознания от переполнявших чувств, – Да, он уже ждёт свою хозяйку, – его ответ был коротким, но нёс большой смысл. Чувства разрывающие грудную часть Амелии, кажется нависли и над ним и всем известное его совершенное самообладание и самоконтроль сейчас трескались по швам. Затем они оба замолчали и просто смотрели друг на друга. Столькое надо было спросить, рассказать.