Красивая.
Черт, какая она красивая! В свадебном платье, которое играет оттенками и волшебно переливается на солнце. Окутанная золотым сиянием. Сказочная.
И вся моя. Алена Царева.
Мы официально расписались России. А потом выбрали подходящее время, чтобы полететь в Италию и исполнить еще одну мечту принцессы.
И сейчас я стою под торжественной аркой, спиной к морю. Прохладный ветер раздувает края моего пиджака, отчего озноб прокатывается вдоль позвоночника. Но плевать, что меня сегодня продует, а завтра я буду ходить, согнувшись, как старец, больной радикулитом. Ради нее все вытерплю. И получу очередной повод насладиться заботой принцессы. Не отвертится от исцеляющего массажа.
С улыбкой смотрю, как она идет под руку со своим отцом. Игнорирую приглушенное бурчание Алика, который находится рядом в качестве шафера. Он не слишком доволен своей ролью, отведенной ему женщинами Тумановыми. Впрочем, это его обычное состояние. А мне все равно. Я счастлив.
Подмигиваю взволнованной Алене, а она стреляет в меня вопросительным взглядом, будто мысленно уточняет: «Я тебе нравлюсь?». И как бы невзначай пальчиками подцепляет юбку платья. Едва не выпустив букет из ладони, прижимает его к груди. Краснеет.
Киваю красавице в ответ. И уголки ее сочных, пухлых губ ползут вверх.
Шикарная. Настолько, что все тело напрягается, а в тесных брюках становится невыносимо. Лучше бы Аленка мне галифе пошила. В голове мелькают картинки, как я сорву с нее всю одежду в нашу первую брачную ночь. Которая у нас далеко не первая. И это к лучшему. Малышка привыкла к моему напору и больше не боится хронически голодного зверя.
Однако с каждым шагом Алена почему-то замедляется. Растерянно озирается по сторонам, сдувает непослушные золотистые локоны с лица, нервно сжимает локоть отца. В какой-то момент вовсе останавливается.
– Передумала, – подливает масла в огонь Альберт, но не может скрыть беспокойства. Он тоже переживает за нашу принцессу.
– Штамп в паспорте уже стоит, так что не радуйся, – хмуро бубню в ответ.
Делаю широкий шаг. Еще один. И через несколько секунд преодолеваю расстояние между нами – и оказываюсь рядом с Аленой.
– Позволите? – спрашиваю разрешения у Ильи, не глядя на него, а сам беру мою нервную девочку за дрожащую руку.
– А что мне остается, – хмыкает тесть.
Молча поднимаю Рапунцель на руки – и несу к алтарю. Ведущий все быстрее тараторит по-итальянски, а я от страха будто язык забыл. Не воспринимаю ни слова. Ничего не соображаю. Лишь сканирую милое личико моей любимой.