- На улице дождь. – произносит Дамир безразличным тоном. Но в тот же миг один из охранников достает плотный черный зонт, укрывая меня перед выходом. Укрывая не от дождя, а от всего мира.

Теперь на меня может смотреть только Он.

Глава 2

Глава 2

Причал и темная вода, отражающая луну. Блики сверкают на мокрой глади, словно раздробленные на миллиарды частей бриллианты. Мы добрались до реки так быстро, будто и не существовало ни городских пробок, ни бесконечного затора движения на дорогах.

Дамир смотрит на меня, пока его охранник тянет руку. Убираю ладони в карманы искусственной шубки и прохожу по деревянному примостку, ведущему на яхту, самостоятельно.

Дамир ухмыляется. Так, будто я не имела права этого делать. Отказываться от помощи его охраны.

Свежий воздух осенней ночи холодит кожу на ногах, а за шиворот, под подклад искусственной шубки попадают первые капли дождя.

- Быстрее. – подгоняет. Ненавидит медлительность.

Можно ли назвать это похищением? Ведь в этом случае люди не идут добровольно. А что делать, если ты прекрасно знаешь – не пойдешь сама, потащат за шкирку, как слепого котенка. В этом случае остается только перебирать дрожащими в коленях ногами, подбирая остатки гордости по пути.

На палубе тусклый свет. Тяжелая мужская поступь отдает глухими ударами в голове. Дождь уже во всю разошёлся, стуча крупными каплями по дорогому паркету. А мы не уходим в каюту. Я ощупываю взглядом его широкую спину, обтянутую дорогой тканью рубашки. Помню наизусть каждый миллиметр под этой тканью. С точностью могу назвать по памяти каждую родинку, шрам, изгиб рисунка тату.

Мимо проехала лодка и яхту заштормило от мелких волн. Дамир обернулся. Оторвал взгляд от горизонта. Достал из кармана пачку дорогих сигарет и зажигалку. Короткий звук и его лицо озарил свет тлеющего табака. Смотрит на меня пристально. С интересом. Витиеватые изгибы дыма появляются на свет и тут же уносятся ветром, словно им и не суждено было побыть в этом мире чуть дольше. Тонкая сигаретная душа проникает прямо в его легкие, даря сознанию никотиновое наслаждение.

Мы дышим в унисон, хоть и стоим в паре метров друг от друга.

- Два года, Элина. – он сказал это с упреком. Ждет ответа. Оправданий. Но я молчу. – Я два года не знал где ты и что с тобой. – давит.

- Видишь, – развожу руками. – Все хорошо. Цела.

Вновь бросает презрительный взгляд на шубку из искусственной шерсти.

- Снимай. – голос без эмоций.

Пожимаю плечами. Стаскиваю с них шубку. Бросаю на коричневый кожаный диван рядом. Дождь тут же проникает на кожу рук и груди. Ткань платья облепляет фигуру, становясь второй кожей.