Я смотрю на этого самого отпрыска — на вид слегка за двадцать. Повезло так повезло. Я в его возрасте… Да что там в его возрасте, я и сейчас только мечтать могу о таком.

— Это все прекрасно, но я-то здесь при чем? — Перевожу взгляд обратно на мужчину, который явно недоволен тем, что я его практически перебила.

Ну да, это ж восточный темперамент. Когда мужчина говорит, женщина должна молчать. Молчать. Молчать! И желательно под ноги себе смотреть, даже голову не поднимать от страха.

— По рассказам Егора Владимировича, вы прекрасный управленец. Я думаю, вы могли бы поделиться своим профессиональным опытом с моим сыном.

— Что? — Смотрю на это юное дарование. С виду хорош: красив, подкачан, вылизан и сексуален. С полными штанами тестостерона.

От непонимания происходящего начинаю часто моргать.

— Валерия Андреевна, — вклинивается Егор, — проще говоря, ты берешь шефство над Эльдаром Дамировичем.

— Но… — пытаюсь возразить я.

Ты рехнулся, Громов? На кой это мне? У меня, по-твоему, никаких проблем больше нет? Хочу возразить, высказаться… Но молчу.

— Тем более, — Егор начинает давить меня своей интонацией, — что ты давно просила помощника.

Понимаю подкоркой своего сознания, что его тон не сулит мне ничего хорошего. Я вообще не люблю его эти штуки. Он умеет убеждать. А еще лучше — давить, заставлять… Да и, ко всему прочему, каждый раз грозится всех уволить. На моей памяти меня увольняли раз сорок. Ну да ладно. Стыдно признаться, что когда-то мне это нравилось. Я раньше вообще много чего в нем не замечала, лелея в душе надежду на отношения. Безмозглая!

— Так его учить всему надо. Мне квалифицированный сотрудник нужен.

— Вот ты и сделаешь из него квалифицированного сотрудника, — безапелляционно отвечает Егор, отрезая мне любой путь назад.

— Почему именно я? — Хочется заплакать от обиды и сказать, что я не нянька этому переростку. И подтирать ему сопли я явно не буду!

Со всей силы сжимаю зубы, чтоб не заматериться во весь голос.

— Потому что ты лучшая! — Громов подается вперед, зло прищурив глаза.

О! Теперь пытается взглядом убить. Бедная Крылова! Тьфу ты! Точнее, Громова. Как она с ним живет? Загадка…

— Валерия Андреевна, — обращается ко мне Амиров старший, в то время как его сын молчит, будто бы воды в рот набрал, — не беспокойтесь, вы будете достойно вознаграждены за свои труды.

Мужчина берет со стола карандаш и рисует на бумаге цифры, от которых мне становится трудно дышать. Кажется, мне сейчас станет плохо. Или наоборот — станет о-о-очень хорошо, когда я их получу. Если вообще, конечно, получу.