– Говнюк хоть и дохлый на вид, но тяжёлый.

Кэтлин кинулась открывать. Она так и не надела туфлю и подпрыгивала на одной ноге, изредка касаясь голой ступнёй холодного асфальта. Капрон был порван, множество стрелок расползлось по чулку до колена. Паркер проследила за взглядом Мэттью и только теперь заметила, как выглядят её ноги. Краска стыда моментально залила и без того раскрасневшееся лицо. Он невольно улыбнулся: кое-что не в силах изменить ни годы, ни обстоятельства.

Рёв сирен огласил воздух. Сразу несколько патрульных машин с визгом притормозили рядом с борцами с бесчинством на дороге. Из бело-синих «фордов» повыскакивали припоздавшие стражи порядка. Полицейские прямиком направились к Мэтту, на ходу расстёгивая кобуры. Они даже не взглянули на припаркованный в неположенном месте джип. Вуд шагнул навстречу защитникам правопорядка.

Последовал приказ:

– Ноги на ширину плеч! Руки за голову!

– Я агент ФБР, вот моё удостоверение, – попробовал объясниться агент, потянувшись к внутреннему карману пиджака.

Пистолеты взметнулись в воздух.

– Руки за голову! Или мы вынуждены будет открыть огонь!

Пожилой офицер, не опуская оружия, приблизился к Мэттью.

– Сынок, не создавай себе и нам проблемы!

Вуд вернул руки на место. Полицейский потребовал повернуться спиной, надавил на затылок, вынуждая пригнуться. Он упёрся лбом в холодный металл «БМВ».

– Вот так-то лучше, – приговаривал страж порядка, – а теперь опусти руки за спину.

Агент молча выполнил приказ, понимая бесполезность сопротивления, и почувствовал, как на запястьях защёлкиваются наручники. Офицер обыскал его на предмет оружия. Мэтт усмехнулся. Табельный пистолет остался в Вашингтоне, и сейчас он этому был рад.

– Вы забыли зачитать мои права. – Агент пытался выяснить свой статус на данный момент.

Полицейский развернул его лицом к себе.

– Вас пока никто не арестовывает. – Он опустил взгляд на убранные за спину руки Мэттью: – Это вынужденная мера предосторожности.

Вуд понимал, что страж порядка выполняет отданный сверху приказ, и не протестовал. Незачем накалять и без того взрывоопасную обстановку. Он видел три пары различного цвета глаз, с испугом наблюдающих за происходящим.

Наконец женщины пришли в себя и загалдели:

– Что вы делаете?! – Лилибет в грязной, с оторванными пуговицами одежде, чего не могли не заметить полицейские, шагнула к отцу, но была остановлена его взглядом с покачиванием головы.

– Он тут ни при чём! – возмущённо кричала Паркер в одежде в не менее неприглядном виде, чем у дочери.