– Ладно, рано или поздно – это должно было случиться, – вздохнула Лера.

Машина тем временем подъехала к дому и затормозила.

– Не могут же они вечно быть одинок… – замерла на полуслове жена.

Дверь машины открылась и первым делом оттуда вышел Костя. Джинсы, рубашка-поло, очки на макушке. Улыбка в пол лица. Этот котяра совсем не меняется.

Но затормозило Леру совсем не это, а та самая спутница, которая нам “померещилась”, и на которую мы оба сейчас уставились во все глаза.

– Глазам своим не верю! – охнула жена, прикрывая рот ладошкой. – Ущипните меня, – прошептала, срывающимся от подступающих слез голосом. – Это правда она, да?

А я и сам смотрел, и не понимал, что вообще происходит и как это возможно? Потому что та самая девушка, что приехала с Костяном, была… Сонька. Улыбающаяся, буквально сияющая от счастья, похорошевшая и… глубоко беременная Сонька. Которая, судя по блеску ее глаз, сейчас от умиления тоже, как и Лера, разревется.

– Это правда вы? – все еще не веря в происходящее, шепотом спрашивала жена. – И вы… ты… она…

Слова пропали. Потеряли всякий смысл, когда Костя совершенно собственническим жестом, обойдя машину, подошел к подруге жены, и обнял ее за талию, притягивая к себе под бок. Поцеловал довольную Соньку в висок и посмотрел на девушку так, что нам всем тут стало жарко и неловко.

Павлин. Как есть довольный, распушивший хвост павлин! Судя по до одури влюбленному взгляду, крепко попавший в плен “чистому и светлому” чувству. Я не представляю: что, как и каким образом примирило ребят, но в данный момент счастлив за них до безумия.

– Здравствуйте, чета Троицких, – засмеялась Сонька, поднимая ладошку и поигрывая пальчиками на одном из которых, красуется изящное золотое обручальное колечко. – А мы к вам... с сюрпризом!

– Да и не с одним, я погляжу, – хохотнул я.

– Котя, Соня! – заверещал Лев, стартанув в сторону крестных. А следом за ним сентиментальная Лера, шмыгнув носом, разревевшись от умиления, бросилась обнимать наших дорогих  гостей.

И вот смотрю я на все это великолепие, внутри такой покой и такая безграничная радость, что я даже не знаю, можно ли придумать финал счастливей, чем долгожданное примирение двух непримиримых упрямцев?

Хотя нет, о чем это я? Какой финал?

Для всех нас это только начало!