Я не знаю, что будет через месяц. Останется ли она со мной…
Она не может бросить Максика. Чувствует ответственность за него. Она его по-настоящему любит! В отличие от родной матери.
Но он не ее ребенок.
Она сама еще девчонка! Имею ли я право давить на нее? Возлагать такую ношу?
Я помню, как она говорила, что хочет беззаботной жизни. Как мечтает о свободе после детства, проведенного в качестве няньки трех братьев.
- Я заведу детей и семью не раньше, чем мне исполнится тридцать, - это ее точные слова.
И ее желание пожить для себя, насладиться юностью и всеми ее преимуществами вполне понятно…
Разве я могу лишить ее этого? Разве могу давить на ее слабое место - чувство ответственности за Максика?
Это низко.
Но я люблю ее…
А она меня? Даже если она немного влюблена… насколько серьезно это чувство? Она девчонка. Она сама не знает, чего хочет.
Если я сейчас обрушу на Вику всю свою настойчивость и добьюсь ее… Сделаю своей женой и мамой Максика… Не пожалеет ли она об этом, когда острая стадия влюбленности пройдет?
- Подпиши здесь, - слышу я голос Артура. - И здесь.
Я подписываю.
- Все, - говорит секретарь нотариуса. - Это вам. И это тоже. А это остается в архиве.
Мы выходим на улицу.
Я даже не оглядываюсь на Таисию. Я тороплюсь к Вике.
Но я не знаю, как поступить правильно…