— Я освободила его от полевых работ. Ты же знаешь, что он помогал мне передвигаться, а еще кому-то нужно было присматривать за лошадьми.

— И ты решила, будто можешь вот так запросто отменить мой приказ? — нарочито вкрадчивым голосом спросил Джеймс.

— Ну да. Я ведь твоя жена. Пока тебе нет, я имею право…

Одним махом Джеймс оказался возле нее. Он больно вывернул ей запястье и прорычал:

— Никаких прав у тебя нет, женщина! Ты — моя жена и обязана мне подчиняться. Здесь тебе не Север! Я тебя научу, как должна себя вести настоящая леди!

Он отшвырнул ее от себя так, что Элизабет налетела на дуб. Она выставила перед собой руки, но тонкие перчатки не спасли от грубой коры, и она больно ушибла пальцы.

Она оглянулась. Джеймс не смотрел на нее, повернувшись к полям, зато на физиономии Билла Брауна играла глумливая усмешка. Элизабет стиснула зубы. Мерзавец! Рассказать, что ли, Джеймсу о его махинациях, чтобы сбить спесь с этой наглой рожи?

Хотя нет, не стоит. Это выбьет козырь у нее из рук. Джеймс поймет, что добыча хлопка возросла не только из-за усердия рабов, но и потому, что раньше Браун занижал вес собранного урожая. И тогда муж снова увеличит неграм рабочий день и уберет все поблажки.

Пока лучше придержать это в секрете. Билл Браун, конечно, негодяй, но все же главная заноза в заднице — это Джеймс.

Хотя есть один способ насолить Брауну…

— Кстати, ты в курсе, что с плантации сбежало двое рабов? — поинтересовалась Элизабет.

Джеймс медленно повернулся к ней.

— Что? — прищурился он.

— Кэнди и Квимбо сбежали по вине нашего дорогого мистера Брауна.

— В каком смысле? — Джеймс посмотрел на управляющего. — Что она несет?

Браун потупился.

— Я как раз собирался вам об этом доложить, мистер Фаулер… — Он стянул шляпу и почесал затылок, ероша потные, слипшиеся патлы. — Эти дрянные ниггеры действительно смылись…

— А виноваты во всем вы! — безапелляционно заявила Элизабет и, повернувшись к мужу, пояснила: — У мистера Брауна потерялся чайник. Может, он его пропил или где-то забыл…

— Что? — вскричал управляющий. — Это ложь! Я…

— Погоди, — Джеймс жестом остановил его. — Дай ей сказать.