– Он так и сделал, только не кажется ли Вам, что сделал это уж очень поспешно?

– Мне кажется, что Вы говорите глупости, а потом сами начинаете в них верить.

– Ну что ж, посмотрим!

На следующий день Ретт уехал, а Скарлетт с самого утра отправилась к Филу Полтнеру, чтобы вручить ему письмо от отца, которое она до сих пор все еще носила в своей сумочке.

Фил был дома и принял Скарлетт очень радушно, а она, в свою очередь, поблагодарила его за поездку в Нью-Йорк, которую он ей устроил.

– Ах, Фил, я так благодарна Вам за эту поездку! Ваши родители оказались прекрасными людьми. Они приняли меня как родную, а мистер Полтнер, к тому же, очень помог в делах, и я не знаю, как теперь смогу их отблагодарить. Ну, по крайней мере, здесь в Атланте, я теперь Ваш должница навеки.

– Навеки! – Фил грустно улыбнулся. Боюсь, миссис Батлер, что навеки не получится. За это время я нашел покупателей на свои магазины, и думаю, что мы с Луизой в самое ближайшее время возвратимся в Нью-Йорк. Луиза радуется этому переезду, ведь здесь в Атланте ей все чужие и она чувствует себя совершенно одинокой. Она родилась в Нью-Йорке и с тех пор, как мы перебрались сюда, постоянно по нему тоскует, я же, напротив, с удовольствием остался бы здесь. Мне гораздо привольнее дышится на Юге, чем на Севере под непрестанным оком своего отца.

Скарлетт открыла, было, рот, чтобы сказать Филу о том какие перспективы его ожидают в отчем доме, однако вовремя спохватилась и подумала, что ей не следует совать свой нос в чужие дела. Ведь миссис Полтнер сказала ей о «прекращении Южного варианта» своего сына вовсе не для того, чтобы она, Скарлетт, поведала ему об этом.

– Да что Вы говорите, Фил?! – изумленно воскликнула она, вовремя переключившись на другое.

– И кто же покупает Ваши магазины?

– Тот, что на Персиковой, – Брюс Хоплинг, а тот, что на Пяти Углах – Рене Пикар пополам со своей тещей.

– Ба! – воскликнула Скарлетт. Ее не удивило то, что один из магазинов покупает Брюс Хоплинг, состоятельный северянин, друг Фила Полтнера, но миссис Мерриуэзер?!

Ничего себе как разбогатела дородная матрона на своих булках! Ведь для того, чтобы купить магазин, да еще такой, как у Фила Полтнера, требовалась немалая сумма денег.

Так вот в чем дело! – сообразила Скарлетт – теперь понятно, почему миссис Мерриуэзер, привыкшая беспардонно совать свой нос в чужие дела по дороге на кладбище, не стала судачить о ее фабрике и даже не поинтересовалась, как она съездила в Нью-Йорк. Ведь тогда и ей самой пришлось бы открывать перед Скарлетт свои карты насчет покупки магазина, а она, видно, не хотела пока об этом говорить. Ну и дела!