Увы, никаких прав на него у меня пока нет. Все в процессе. Но процесс этот очень долгий! И лишить отцовских прав Крынского мы не можем. Поэтому, на первый план выходить я не спешу. У альфачей хоть корочки и на коленке подписанное мной заявление от лица Юли на охрану Стёпы.

Подхожу ближе, смотрю с угрозой в глаза Крынскому. У него разбито лицо. Едва сдерживаюсь, чтобы не добавить! Но сейчас не до этого... Степаха важнее.

- Тебя еще не посадили? - брезгливо бросает он мне.

- А тебя? - оскаливаюсь я.

- Это похищение, - утверждает Макар, объясняя ситуацию охране.

- У меня разрешение на вывоз! - парирует эта мразь. - Мы опаздываем на рейс. Вы не имеете права!

- Подпись подделана! - дёргаю бровями. - У нас на документе настоящая. Смотрите, она не совпадает.

Они обе ненастоящие. Но... Пока менты не разберутся, ты никуда не вывезешь моего ребенка.

- А где, собственно, мальчик? - разглядывает документы подошедшая женщина из службы безопасности.

Крынский озадаченно оглядывается на стул стоящий чуть поодаль.

Стёпы нет...

- Он же пять минут назад был здесь!

Обвожу всех взглядом.

- Где мой сын?!

Достаю телефон. Но смысл пробивать локацию, если и так понятно - где-то здесь. в периметре трехсот метров.

- Борис... - оттягивает меня в сторону Белый. - Короче, я видел, как пацанчик незаметно нарезал. Тормозить не стал. Нам выгоднее, чтобы он сейчас потерялся. И найти самим.

Нервно оглядываюсь. Альфач прав. Тогда не придется выцарапывать Степаху из ментовки и дергать Юлю.

Давай, "Форест, беги"! Как-то же ты умеешь мимо охраны сигать, судя по послужному списку.

К нам подходит Макар.

- Я остаюсь здесь, вдруг вернут. Белый - на первый этаж. Борис, лови на улице, следи за локацией.