Больше всего Элю задело, просто ударило в сердце: «Вернувшись домой, Р. нашел немного денег – очевидно, Э. хотела купить его любовь». Для нее это были
Элю также ранила издевательская фраза «Э. сообщала, что в доме русской леди Жанны с ней плохо обращались, муж Джейн Питэр пробовал напасть на нее, а сын Джейн ее бьет. Что первый компьютер, что она купила, не работает, зато сама она трудится с раннего утра до поздней ночи – все это звучало так, словно Э. суждено страдать вечно».
В заключение Роберто писал: «Э. вернулась в Россию. Вероятно, она также увезла с собой ложное суждение, что Р. тайно любил ее, но хотел заставить испытать некую извращенную форму мести против всех женщин, или что он является настолько бесхарактерным, что ему промыли мозги. Это – настоящий позор, потому что у Р. много недостатков, но он всегда очень правдив, всегда говорит только то, что думает («ага, и об этом ты сказал в своих заметках – только с точностью до наоборот»), без всякого двойного значения, уловок, игры.
Очень грустное окончание того, что могло стать положительным культурным обменом! Р. честно сожалеет об Э., но он должен защитить свою жизнь, семью и спокойствие духа, так что он полностью забудет этот плохой эксперимент и надеется, что, несмотря на боль, Э. будет способна научиться кое-чему на этом опыте и не принесет больше вреда ни себе, ни другим».
Письмо Роберто ошарашило Элю невероятно. «Должен защитить» от нее? Когда это она стала опасной? Просто безумие какое-то! Из-за Джейн она разрешила своей любви, замороженной в леднике здравого смысла, снова воскреснуть – и как оказалось, напрасно, чтобы биться в мучительной агонии опять.
Ничего не понимая, Эля вдруг обратила внимание: отосланные Роберто его старые письма вернулись с пометкой «адресат недоступен». Он что, ее заблокировал? После того, как всего лишь несколько часов назад был так нежен с ней!
Идя к выходу, Эля ударилась об один из столов в интернет-кафе, но не почувствовала ничего. Она вообще не ощущала тела – только в том месте, где были ее сердце и душа, разливалась и усиливалась боль. «Говорят же, что все к лучшему. Мы бы все равно с ним расстались спустя какое-то время. Скорее всего. Мы не понимаем друг друга. И он почти ничего не помнит – из того, что сам делал, говорил и обещал. Как с таким партнером жить? Пора спуститься на землю, вернуться в реальность. Мне нужны деньги на еду и чтобы вырваться из гетто. Надо скорей найти работу», – она попыталась отвлечь себя насущными заботами, чтобы заглушить хоть немного боль в груди, из-за которой ей было трудно дышать. «А любовь – я все же надеюсь: однажды я узнаю, что это такое, когда тебя любят на самом деле. Потому что я достойна такой любви! И не хочу соглашаться на меньшее, на эрзац, на подделку. Надеюсь, я смогу полюбить в ответ. Только больше я не буду так слепо доверяться и кидаться в омут с головой, не узнав человека как следует».