Гущина запустила тонкие пальцы в длинные локоны, которые аккуратными завитыми прядями ниспадали на плечи, и довольно прикрыла глаза. Так даже лучше. В их отношениях всё равно не было взаимности — каждый позволял себя любить, но не любил в ответ. Василиса провела рукой по талии, замерев на голом участке загорелой кожи между белоснежным коротким топом и светло-голубыми шортами. Странный выбор одежды, но именно в этот вечер хотелось пойти против правил и хотя бы раз сделать что-то дерзкое, что выходило за рамки идеального восприятия мира. Надоело быть пай-девочкой! Такие теперь не в моде! В тренде всегда те, кто с лёгкостью отдают всё, чего так хочется парням: эмоции, чувства, тело…

От этой мысли стало тошно. Господи, почему же так больно? Неужели из них двоих всё же у кого-то были искренние чувства? Вася изогнулась, словно кошка, ощутив, как по телу пробежала дрожь. Хреново, что этим «кем-то» оказалась она. Басы глубокими импульсами проходили по венам, заставляя содрогаться в блаженной истоме. Возможно, стоит вернуться к танцам? К чёрту спорт и баскетбольную команду! Согнув руку в локте, Василиса коснулась лица и замерла, глубоко дыша. Похоже, пришла пора отдохнуть, но идти к VIP-зонам не хотелось. Стоять истуканом среди танцующей молодёжи тоже был не вариант, но лучше это, чем видеть самодовольное лицо Дэна.

И вдруг динамичный трек сменился спокойной композицией. Вася улыбнулась — как вовремя! — но едва заиграли первые аккорды, как чья-то ладонь по-хозяйски легла на её плоский живот. Девушка вздрогнула. Так бесцеремонно мог вести себя только один человек… И у него ещё хватало наглости делать вид, что ничего не произошло?! Гущина перехватила мужскую ладонь, тем самым блокировав любые движения, однако в следующую секунду тело парня плотно прижалось к её спине, нагло нарушив личное пространство. Вторая рука аккуратно убрала пряди волос с правой стороны лица, открыв доступ к тонкой шее. Горячее дыхание обдало нежную кожу, заставив толпу мурашек устроить спринт от ключицы к талии.

— Eres increíblemente hermosa, señorita[1], — выдохнул шёпотом голос в самое ухо.

Он её «клеит»? Боже, только этого не хватало! Хотя, может быть, именно этого всегда и не хватало?..

— Не по Хуану сомбреро, но спасибо, — выдала первое, что пришло в голову Вася и хотела обернуться, но чёртов идальго[2] не отпускал, продолжая ласкать ухо горячим дыханием.

Откуда столько прелюдий? И почему тело предательски поддалось на провокацию? Она чувствовала, как он наслаждается её ароматом, при этом не позволяя рукам двигаться с места: одна по-прежнему покоилась на животе, а другая удерживала мягкие пряди от падения. Разум мутнел — не надо было пить спиртное: наверняка, дело в нём. Ещё и звучавшая композиция, кстати, тоже с мелодичными испанскими мотивами, играла против. Василиса непроизвольно начала двигаться в такт музыке, а вместе с ней и… Господи, неужели он тоже танцует? Мало того, его тело невероятно точно угадывало, как нужно вести себя, чтобы вдруг не нарушить интимность момента.