Эту же просьбу я озвучил в библиотеке, минут сорок назад. И тогда брат ответил «нет».

Сейчас он просто проигнорировал – и молчание не означает согласие.

Старший похлопал себя по карманам. Из пиджака достал сотовый.

- Леха, - сказал брат в трубку, когда охрана ответила. – Камеры выключи в зале аукционов. Да.

Стрелецкая на сцене. Сцепила руки замком на животе и превратилась в статую.

Догадалась девочка, к чему все идет.

Арес бросил телефон на соседний стул.

- Что решаем? – спросил он хрипло. – Сева?

- Я тоже остаюсь, - заявил младший.

Пульнул в него удивленный взгляд.

Севастиан, широко расставив ноги, полулежит на стуле. И то, что младший по уши втрескался – я еще на прошлой неделе заметил.

Но у Севастиана гордость, он привык, чтобы бегали за ним – сам не станет.

Или станет?

Если да – у меня два соперника.

- Рита, - позвал ее Арес. И рывком поднялся. Бросил пиджак на стул, сунул руки в карманы брюк. – Сама что думаешь? – он шагнул к сцене.

- По поводу? – у нее голос дрожит. Перепугалась, что ее убивать тут будут, без камер.

Нет, не о том думает.

Она что, не видит?

Здесь у всех троих на нее стоит и дымится.

- В спальню к кому пойдешь? – спросил Арес. Помолчал. Сухо добавил. – Выбрать кого-то надо. Давай сама.