Но ты уже пробовал, мудак. Помнишь? Это был провал. Ты не смог кончить, потому что ни одна другая женщина не сравнится с ней.

Кто может сравниться с ней, если я влюблен в Лоуренс?

Это был не просто секс.

Это была любовь.

И я потерял ее.

В первый месяц я был ошеломлен. И, возможно, немного зол после того, как сказал ей, что не собираюсь жениться. Что не готов потерять еще одного ребенка. Черт, какую часть истории о вазэктомии она не поняла? Я был честен с ней с самого начала. Но затем один месяц превратился в два. И мой гнев рассеялся, когда я перестал думать о себе и о своей боли. Разве она не говорила мне, что однажды захочет всех этих вещей? Я поехал в Саванну с намерением сделать ее своей, женщину, которая хотела выйти замуж и родить детей.

Знал ли я где-то глубоко внутри, что она захочет этих вещей от меня по мере того, как наши отношения будут развиваться? Конечно, знал. Я бы солгал, если бы ответил иначе.

Прошла лишь пара месяцев с начала наших отношений, а я уже прогуглил обратную вазэктомию.  Это действие уже было серьезной заявкой на то, что я мог передумать. Но через месяцев пять я не почувствовал, что это уступка была с моей стороны. Я любил ее и не хотел жить без нее. Было бы логичным шагом жениться на ней? И разве это не разумно завести детей после этого?

Бриджит не упустила шанса сказать мне, что я придурок, позволив Рен уйти. И она права. Даже моя милая Бибель, которая растет, как сорняк, расстроила меня.

Бридж бы ликовала, если бы я сказал ей, что она права, в том, что я должен жениться на Рен и сделать обратную вазэктомию.

И вот он я, сижу и осознаю всю холодную правду. Рен была моим миром. Моим всем. И я отпустил ее.

Если я не покажу ей, какая она особенная, это сделает другой мужчина.

Если я не одену кольцо ей на палец, это сделает другой мужчина.