- Я сама его покормлю, - говорит Заноза, входя в палату, и бесцеремонно отсылая медсестру.

- Если у вас получится, - бубнит та, и уходит.

Ви катит тележку с подносом к кровати.

- Иди в жопу, Ви, - тут же огрызаюсь я.

Мне невыносима мысль, что я такой беспомощный перед ней. Просто раздирает от этого на части.

- Сам иди в жопу, - отрезает Ви.

Оставляет тележку, и направляется к раковине мыть руки.

А потом подходит к моей койке и слегка ее приподнимает.

- Я никогда не соглашусь, чтобы ты меня кормила, - говорю я.

- А как же твое «Я сделаю для тебя все, что захочешь»?

- Ты слышала?

- Ммм, допустим.

Мои пальцы непроизвольно сжимаются на простынях.

- Что еще ты слышала?

Выходит резко, отрывисто. Я чувствую, как в висках начинает пульсировать и призываю себя успокоиться.

- Эмм, больше ничего, только это, - говорит Ви. - У меня маленький ребенок, Демьян. Я не могу дежурить возле тебя круглосуточно.

- У нас, - тут же поправляю я, слегка расслабляясь.

Она выгибает бровь, а я отворачиваюсь.

Не на больничной же койке, блядь, ей во всем признаваться. Из-за того, что вторая пуля задела позвоночник, я до сих пор не чувствую ног. Врачи мутят с окончательным диагнозом.

Нахера ей эти заморочки в виде моей любви, если я вдруг останусь долбаным калекой.