Светлый фон

Пролог

Пролог

Если ты любишь — сразу скажи об этом.

Если ты любишь — сразу скажи об этом.

Иначе этот момент просто пройдет.

Иначе этот момент просто пройдет.

(х/ф «Свадьба лучшего друга»)

(х/ф «Свадьба лучшего друга»)

Я выключила компьютер, засунула в сумку ежедневник и устало и вместе с тем как-то удовлетворенно оглядела пока еще свой кабинет. Пока еще — но совсем ненадолго, потому что уже через десять минут последний рабочий день начальника экономического отдела ТК «Горский» Юстины Борисовны Лукьянчиковой закончится, и этот кабинет станет ей чужим. Но пока это еще была моя территория, и я оглядывала ее, отмечая мелочи так, как делала это всегда.

Тамара так и не доделала расчеты по договору, а ведь просила же ее закончить сегодня. Лена оставила на столе лак для ногтей, радует, что заметила это я, а не, упаси господи, Михаил Владимирович, иначе был бы ор до потолка. Наталья распечатала приказы на поощрение еще с утра, а на подпись так и не отдала. А, да, Чернышев в отпуске, пока согласовывать некому. Ну начала хотя бы с начальника автотранспортной службы; пока Сусанин опомнится, главный инженер как раз и выйдет.

Я подошла к Лениному столу и убрала лак в ящик, к десятку других. Да у нее тут целый склад. Ладно, пусть с этим разбирается новый начальник. Я свое оттрубила, от зари до зари, что называется, я устала, я ухожу.

Я провела пальцами по своему безупречно пустому столу, еще раз огляделась, словно прощаясь — да и на самом деле прощаясь, — и вздохнула.

Пыль, солнце, высушенный кондиционером воздух. Место, где я провела последние три года, пройдя по карьерной лестнице от экономиста до начальника отдела за каких-то шесть месяцев, а все остальное время… Кто былое помянет, тому глаз вон, так что не будем поминать. Пусть со мной уйдет только хорошее.

— Ну, вот и все, — сказала я цветам на окне и портрету Путина над ксероксом. — Прощайте.

Дверь позади меня неожиданно открылась, и воздух из коридора ворвался внутрь. Ударил в меня в спину, заставив поежиться, хоть и было совсем не холодно. Вынудил замереть, когда ноздри почувствовали запах — его запах, хоть я и убеждала себя изо всех сил, что его не запомнила.

его

Сандал, кедр, что-то еще столь же неуловимо пряное. Как будто какой-то феромон — говорят, их ты ощущаешь не носом, а якобсоновым органом, который остался у нас от животных. Ты даже не успеваешь понять — а тело уже отреагировало и решило за тебя, что этот запах — самое прекрасное, что ты когда-либо чувствовала, а значит, тебе срочно надо оказаться к его источнику как можно ближе.