Даже к вот этим вот пыльным дорогам, низким тачкам, противно дребезжащим, орущим полуголым людям на улицах, половина из которых чуть ли не выпадают из этих самых тачек... И ведь где-то здесь, прямо на этой улице, тебе придется заводить друзей, Ванда. Ведь ты же не хочешь прослыть замкнутой в себе затворницей или какой-нибудь социопаткой, верно?

Я смогу. Стану обычной девчонкой, быть может, даже стану ходить на все эти вечеринки, общаться в школе с не самыми последними по популярности одноклассницами, буду одеваться так, как того хочет моя тетя... Буду знакомиться с парнями. Это ведь не сложно, верно? Наверняка — ведь многим это удается. А я все-таки считаю себя достаточно умной для того, чтобы анализировать поведение своих ровесников и хотя бы попытаться им подражать.

Последнее слово заставило меня внутренне поежиться. Да, я смогу, но не сегодня. До начала учебы есть еще пара дней, а для меня это станет некоей адаптацией, и все такое... Именно с такими мыслями, утешая саму себя, я садилась на велосипед с намерениями объехать хотя бы парочку ближайших кварталов. А потом, быть может, заехать в местный супермаркет за газировкой и — если удачно прощупаю почву — за пачкой сигарет. В конце концов, почему бы и нет? Вряд ли Кэрол будет относиться к этому строже Даррена.

К последнему мысли возвращались чаще, чем я на то рассчитывала. Стыдно признать, но из-за этого (как и из-за моей тотальной невнимательности и тупости) и произошел последующий инцидент.

Отвлекшись на фигуру высокого мужчины в кожаной куртке, маячившей в отдалении парковки местного магазина, я буквально чуть не провалилась под землю от страха. Полусекундное мгновение, на которое я поверила, что это может быть мой отчим, длилось целую вечность. А когда я очнулась, поняв, что ошиблась, руль перестал меня слушаться, колесо налетело на ограничитель и велосипед полетел на бок. Не смертельно было бы, но...

...Заваливаясь, я успела проехать и зацепить своим ржавым корытом под названием тетушкин велик задний бампер чьего-то автомобиля. Не самого дорогого, конечно... Скорее даже старенького — но я была не дурой, чтобы не заметить, какой отполированной была тачка — а это значило, что владелец или души в ней не чает, или дикий педант, или то, и другое вместе. И моя царапина смотрелась теперь просто отвратительно, буквально во весь голос вопя: "Ты в заднице, Ванда. В полнейшей заднице".

У меня даже времени опомниться не было. Слишком долго я пялилась на гребанную царапину, все еще стараясь угомонить скачущее от страха сердце, и вот — две секунды! — и дверь авто резко хлопнула, лишив меня всякой надежды спокойно подняться на ноги. Впрочем, на ногах я все же оказываюсь, но…