– Может, я помассирую тебе голову? – неуверенно спросила Людка. И тут же подметила, что неуверенность в голосе ее подруги всегда нравится Вику.

Он не отвечал. Слышать любые звуки было сейчас мукой. А разжать челюсть и сказать хотя бы «нет» – и подавно. Но через секунду он почувствовал на своей голове мягкие подушечки горячих женских пальцев. Ноготки приятно царапали кожу и все смелее зарывались в волосы.

Людка мечтала об этом с первой секунды, как только увидела его. С тех пор прикосновение к его ассиметричной челке стало ее навязчивой идеей. А тут она получила полный карт бланш, по крайней мере к голове.

Вик тяжело застонал и потянулся к ее рукам. Не помня себя от счастья, Людка зайчиком прыгнула к изголовью кровати и положила вторую подушку себе на колени, приглашая мужчину на массаж. Вик не сопротивлялся и переместился к своему спасению.

Глава 96.

Глава 96.

Пару минут спустя он понял, что боль начала отступать. Мучительно медленно, но все же отступала. У Вика невольно зароились мысли в голове. Он заметил, что руки девушки, хоть и приносят облегчение, но все же не такие как у его синеволосой девочки. У его девочки всегда холодные пальчики, унизанные маленькими серебряными колечками. У его девочки нет этих вульгарных длинных ногтей, которые сейчас так приятно ласкают кожу, но все же всегда отталкивали его в обыденной жизни. Как человек, имеющий отношение к медицине, он всегда воспринимал длинные ногти как потенциальное скопление бактерий и никогда бы не прикоснулся к руке девушки, пусть с идеальным маникюром, но все же длинными ногтями.

А еще запах. Его девочка пахла ванилью, сладкими ягодами и сливочным мороженным, а от Людки несло вызывающе тяжелыми ароматами, тоже сладкими, но провокационными.

Вик неосознанно перевернулся на спину, подставляя под массирующие движения свой лоб. Еще пару минут спустя, он понял, что свет уже не режет веки и он может открыть глаза. Первое, что он увидел – темно карий взгляд, устремленный на него с нежностью и скрытой страстью. Людка слегка прикусила нижнюю губу, тем самым вкладывая всю силу в свой массаж. И Вик снова поддался сравнению. Глаза его девочки никогда не смотрели на него со страстью. Он даже не мог представить, что она в принципе имеет в своем арсенале такое выражение. Ее светлые зеленые глазки, с карей снежинкой вокруг зрачка глядели на него иногда виновато, иногда задорно, иногда очень грустно, но никогда в них не было чего-то такого животного, что читалось в Людке. А ее бледные губы! Она прикусывала их постоянно. Это было движение, которое она никогда за собой не замечала, но так умиляло Вика. А у Людки они всегда были густо накрашены яркой помадой или приторно пахнущим блеском.