— До завтра...

Захлопывает со всей силы мою дверь.

Охренел? Холодильника дома нет? Им будешь хлопать!

До дома добираюсь без приключений. Пытаюсь тихонько проскользнуть в душ, но из темноты гостиной доносится голос мужа:

— Ты заработалась,— включается свет лампы, освещая недобрый блеск глаз Грозного.

Я застываю в дверях.

— Прости... Затянулось всё немного... Мне тяжело пока привыкнуть к камерам...

— Может тогда стоит отказаться?— встаёт и подходит.

От него веет раздражением и жаром. Злится. Я тоже злюсь, когда он домой посреди ночи заявляется, после посиделок с друзьями.

— Может они меня после пилота сами выгонят,— пытаюсь пошутить, но он даже не улыбнулся.— Вит...

Подхожу, протягиваю к нему руки и обнимаю за пояс.

— Давай не будем ругаться, а? Я устала,— целую в грудь.— Представляешь, я сегодня опять ключи в машине забыла, она захлопнулась. Так мне вызвали специалиста, и он всё открыл,— пытаюсь разрядить обстановку, опуская момент, что помощь пришла от Гаса.

— Носи запасные,— отстраняется.— Я спать. Душ прими. От тебя его туалетной водой воняет,— зло прорычал.

— Не было у меня с ним ничего...

— Верю. А вот ему нет.

Оставляет меня одну. Хочется заплакать от безысходности.

Я словно застряла на бревне посреди реки и стою перед выбором, куда грести для спасения. Только с одной стороны тишь да гладь и там Грозный с сыном, а с другой водоворот Ник, готовый тебя засосать в любую минуту. И я туда не хочу... Или хочу?

***

Проснувшись утром, обнаруживаю, что проспала. Давно такого не было. Ни мужа, ни сына дома уже нет, только записка на холодильнике: " С добрым утром! Завтрак на плите". Фотографирую её и отправляю с кучей поцелуйчиков мужу. В ответ "люблю...".

У меня отпуск, торопиться пока некуда, на съемки только к двенадцати.