— Ага, — снова зеваю и закрываю глаза.

Лишь у дома чувствую, прикосновения. Ян аккуратно меня будит. Кручу головой и вылезаю на улицу.

Пока Ян забирает чемоданы, открываю калитку.

Бабушка в этот момент копается во дворе на летней кухне, увидев меня, улыбается и, отбросив тряпку, спешит к воротам.

По приближению ее лицо меняется. На смену радости приходит нескрываемое удивление.

Чувствую Гирша за своей спиной и поджимаю губы.

— Я привезла себе помощника, — расставляю руки в стороны и обнимаю бабулю.

— Этого-то? Он хоть кусок обоев в руках держал?

— И вам доброе утро, — Ян скептически улыбается.

— Не дуйся, Королевич, у меня вот твои шкафы накупленные, какой сезон уже гости эксплуатируют и ни один болтик не отвалился. Так что хоть вверх ногами обои клей.

Ян смеется и приобнимает меня за талию.

— Чемоданы наверх тащи, прынц. Ника, — бабушка тепло улыбается, — ну как твоя работа? Платят хорошо? Не обижают? Ты говорила, что проект какой-то у тебя намечается.

— Меня уволили, — пожимаю плечами и внимательно отслеживаю ее реакцию.

— Ну и идиоты. Слушай, у нас в городе весь центр ремонтируют. Реконструкция говорят, может, ты к ним устроишься?

— Мне в Москве нравится.

— Ну и хорошо. Это чего у тебя? — перехватывает мою руку. — Замуж собралась?

— Уже.

— Что уже?

— Вышла. Уже вышла замуж. Мы поэтому вместе и приехали, бабуль.

— За Королевича, что ли? — оглядывается на дом, в котором скрылся Ян.