– Три месяца. Я сделал ошибку. Нам казалось, что у нас было больше взаимных чувств, чем на самом деле, но когда пришло время
Крис положил ладонь на ее щеку, поглаживая кожу большим пальцем. Согревая. Отгоняя холод и ее нерешительность.
– Я даже и не хотел чувствовать по отношению к ней то, что чувствую по отношению к тебе, – тихо произнес он, еще ближе наклоняясь к ней.
– И что же это? – Она не могла угадывать. Не могла притвориться, что знала, к чему они идут.
– Это такое волнующее и впечатляющее ощущение, что если я тебя все-таки не поцелую, то внутри меня обязательно что-то сломается.
Следующий ее вдох получился неровным, хриплым. Их взгляды были прикованы друг к другу, сфокусированы с напряжением, отдававшимся по всему телу Эверли.
Время замедлилось, практически останавилось. Каждая секунда тянулась, как две, сливаясь в туманное пятно. Лицо Криса приближалось, пока они не соприкоснулись лбами. Он закрыл глаза, сдержанно вдыхая, а она вообще забыла как дышать. Впиваясь пальцами в его талию, Эверли задумалась, слышит ли он ее сердцебиение.
Когда его глаза открылись, она увидела затуманивающую их неуверенность, отчего ее сердце сжалось. Какого черта они делали? Они не смогут вернуть все назад, если перейдут черту.
– Эверли, – прошептал он.
Она покачала головой. Эверли неспособна разобраться со всем этим сейчас. Ей нужно уехать. Привести мысли в порядок было слишком сложно, когда они с Крисом дышали одним воздухом.
– Мне нужно ехать. Отпусти, – сказала она.
Крис отступил. Эверли села в машину, перебарывая желание снова нырнуть в его объятия, пока она пристегивалась. Когда он прижал руку к окну, она повернулась, видя грусть в его глазах. Она не создана для перепадов эмоций, для тоски, следующей за подъемом. Ее родители были чемпионами этого, но она никогда такого не хотела. Она предпочитала иметь стабильные, предсказуемые чувства, а не быть неуверенной в чем-то. С Крисом она чувствовала себя так, будто стояла на качелях, пытаясь удержать баланс.