- Лев, ты не в суде или полицейском участке, - напоминаю, - неужели после двух лет ты не можешь со мной объясниться без адвоката? Давно вы вот так ходите в наш дом?

- Это мой дом, - он шагает ко мне, - твоих вложено три копейки. Взял просто, чтоб тебя успокоить. Ты же всегда боялась быть нахлебницей. Хотя рядом со мной могла стать настоящей женщиной. Не носиться как безумная в универ. Глядишь, и забеременела бы раньше Миланы.

- А я не знала, что у нас соревнование!

Замираем в нескольких сантиметрах друг от друга. Клянусь, мне хочется вцепиться в его симпатичное лицо. Но в глазах напротив вижу - на любой удар он даст сдачи. Сам на взводе. Я такие вещи чувствую еще с интерната.

Так что срабатывает инстинкт самозащиты, и я мерзавца не трогаю. Господи, я как будто впервые вижу собственного мужа! Все же было не так…

- Мышонок… - сбоку раздается нежный голос. - Я больше не могу! Вызови мне такси.

Сжимаю зубы. Мышонок?! Как же мерзко, Господи! И за что мне эта грязь?! Я ведь искренне старалась для семьи.

И забеременеть, и карьеру сделать. Ведь в случае чего, я могла бы мужа финансово поддержать. Вытянуть детей. Наша семья крепче бы стояла на ногах. С нами бы не случилось плохого…

Но оно случилось. Меня снова тошнит, но я уже не обращаю внимания.

- Я сам тебя отвезу, - Лев мягко бросает через плечо. Сам смотрит на меня, не отрываясь. - Мы не встречались в этом доме и вообще не планировали говорить тебе до родов. Но Милана соскучилась и решила сделать мне сюрприз. Потом бы просто сказали, что она приехала к тебе. Если бы ты не подкрадывалась, все было бы хорошо.

- Какой же ты наглый подонок, Лёва… - только и могу сказать.

- Я - мужчина высшей лиги, - он уверен в себе, - у таких редко бывает одна женщина. Перевари всё это, сегодня я переночую не здесь. Завтра буду с адвокатом. Послушаешь специалиста, раз мне не веришь. Ты будь дома.

- Это место уже никогда не будет мне домом!

Лев кривится, отходит к моей подруге. За руку поднимает ее со стула.

- Тогда здесь поживет Милана. В особняке среди сосен будет полезно ей и малышу.

Я лишь с болью выдыхаю. Мне хочется проснуться.

Толком не помню, как двое предателей уходят. Мне бы тоже оказаться подальше отсюда. Но мне так плохо физически.

Снова тошнота, в голове мутно. Я до гостиной еле добредаю, какое там уезжать. Ложусь на свой любимый серый диван в позе эмбриона. Стараюсь хотя бы дышать.

Говорят, в измене виноваты двое. Но я просто жила и всё. Муж вроде как был всем доволен. Хотя… Он и сейчас вполне себе счастлив, готов жить на две семьи. Султан чертов!