Мужу Елена написала довольно длинное письмо, в котором изложила свои мотивы ухода и поблагодарила Наума Наумовича за прожитые годы. «Я в любом случае твой хороший друг. Постарайся не обижаться и понять», — так Елена закончила прощальное письмо и положив в конверт, оставила на кухонном столе. Сегодня Елена выглядела не очень здорово. Ещё бы, бессонная ночь! К тому же, она чувствовала, что нет ни одной лишней минуты на приведение себя в порядок. Елена за два раза перетащила сумки в машину и медленно прошлась по квартире, окончательно прощаясь с дорогим ей местом. Затем посмотрела в своё любимое зеркало. Она видела себя в нём сильной женщиной, но слёзы предательски брызнули из глаз. Ну, всё… Прощай! Прощай дом, прощай Наум, прощай всё. Мне надо жить самой!

Когда женщина плачет — это далеко не всегда означает, что ей плохо. Елена плакала потому, что делала то, что хочет. Она решительная женщина, но серьёзность принятого шага требовала выхода эмоций. Пусть слёз! Ход в игре сделан. Что в плюсе? В плюсе свобода! Может, очень относительная, но свобода. Свобода, которая стоила многого, очень многого. Например, образа жизни. Елена не знала, когда ещё войдёт в подъезд такого шикарного дома. Да и будет ли у неё вообще такая возможность? С другой стороны, игру начала она и сделала свой первый ход. У неё достаточно хороший шанс в этой игре, при условии, что удастся сохранить себя.

В это же самое время господин Дорн получил от Джеймса исчерпывающую информацию, которую так ждал Наум Наумович. Доклад Джеймса был краток и крайне информативен. А детали и подробности он описал в докладной записке. В двух словах изложив общую суть дела, Джеймс сидел и наблюдал, как Дорн читает текст. Дорн улыбался. Он всем доволен. Результат есть! Дорн читал и убеждался, что Джеймс отлично справился с работой. А тот, в свою очередь, рассматривал сейф стоящий за спиной шефа. Не сейф, а красавец! Такие красивые вещи делают только в Италии. Но, как и большинство итальянских механизмов, с технической точки зрения, сейф барахло. Его главная задача — отвлечь внимание потенциальных грабителей от настоящего сейфа. Того, который сделал Дорну один бывший медвежатник, просто так из уважения и за оказанную некогда-то помощь. Тот не был дизайнером, но за надёжность своего изделия готов ответить. У него имелась подтверждённая временем репутация, а её слишком трудно заработать и так легко потерять.

Дорн: Ну, что же, спасибо, иди. Я тебе ещё позвоню.

Джеймс: В принципе, я его могу даже привезти.

Дорн: Думаю, не стоит. В этом нет никакой необходимости. Это личное дело Кирараса. Пусть сам принимает решения.