Паша: Когда вы всё успели?

Джеймс: Время понятие растяжимое, даже очень растяжимое. Настолько, что у нас его всегда достаточно.

Понтч: Но, к сожалению, не настолько много, чтобы всегда быть с вами!

Джеймс: Мы постарались собрать вас всех, чтобы с каждым проститься лично.

Нина: Что вы этим хотите сказать?

Понтч: Только одно, скоро нас здесь не будет.

Понтч налил граппу и посмотрел, через прозрачную жидкость в рюмке на друзей. Вслед за ним все наполнили соответствующие ёмкости. Каждый налил то, что хотел и любил. Благо многочисленные вкусы присутствующих педантично учтены.

Понтч: Хочу выпить за вас, остающихся на перроне…

Народ выпил, не особо понимая за что.

Лёлик: Очень грустный тост…

Понтч: Грустный? Ты бы знал, как мне сейчас плохо! Я так привык к тебе, к ним, к вашему миру! Мне действительно тяжело уходить.

Паша: А ты не уходи. Останься!

Понтч: По-твоему, это так просто? По-твоему, захотел Понтч пришёл, захотел ушёл! Нет…

Паша: А что тут такого? Кто тебе помешает!

Понтч: Тот, кто меня сюда направил…

Паша: У тебя есть начальник?

Понтч: Ещё какой!

Паша: Так уволься, уйди от него. Зачем тебе эта несвобода!

Джеймс и Понтч дружно засмеялись над Пашей, как над маленьким ребёнком. Отчего Паше стало неудобно за произнесённые им слова, хотя он и не понимал почему. Ведь, он же желал добра! Хотел, как лучше…

Лёлик отошёл в сторонку и присев за журнальный столик писал свою новую песню. Начеркав на бумажке ноты, вдохновлённый молодой человек записывал рождающиеся стихи. Получилось так, что неожиданная жажда творчества заставила выпасть из общего пространства. Все беседовали, развлекались, а он уединился.