— Я выбираю никогда, — произношу одними губами.

Мне хочется накинуться на него и расцарапать его наглую породистую физиономию, но я терплю.

Терплю этот надменный хозяйский тон, его издевательское обращение.

Я ненавижу Демида Усманова всей душой, но в руках его семьи все, что мне дорого. Свобода и жизнь моего отца, благополучие мамы, младших братьев и сестры.

Если бы не Демид, мой отец уже сидел бы в тюрьме, потому что папа, сам того не ведая, крупно подставил отца Усманова. Старший Усманов взбесился не на шутку и решил бросить отца в тюрьму, а нас посадить в долговую яму до конца жизни.

Мы были в самом настоящем ужасе и не знали, что делать.

И тогда в конфликт вмешался Демид.

Он согласился урегулировать все со своим отцом. Он сказал, что решит проблему, если взамен я на время стану его собственностью.

Я согласилась, что еще мне оставалось делать.

Я знала, что нравлюсь Демиду. Не представляла почему, ведь вокруг него вьется так много девушек. Фотомоделей и просто богатых студенток. Он может поманить любую, и любая радостно поспешит за ним по первому зову.

Только на прошлой неделе я лично наблюдала за тем, как он останавливает первокурсницу, шлепает по заду и приказывает ей следовать за ним.

Я была в шоке. На ее месте я бы ответила ему грубостью, а она радостно побежала.

А теперь я оказалась еще в худшем положении, чем она, и не могу сказать ни слова против.

Зачем ему такая неопытная в любовных делах серая мышка, как я?

Но Усманов почему-то захотел меня и вот теперь я здесь, в его квартире.

Ведь он выполнил обещание.

Нашей семье больше ничего не угрожает, а отца даже приняли на работу, не хуже прежней. Такую, что он снова может платить по счетам и его, вместе с женой и детьми, не вышвырнут на улицу, как это могло бы произойти всего несколько дней назад.

— Что застыла, недотрога? Проходи уже. Или так и будем стоять на пороге?

Я вздрагиваю от звука хрипловатого низкого голоса и прохожу вперед.

Озираюсь по сторонам.