Те тут же вспыхивают. И чтобы не выдать себя или, что еще хуже, не рассмеяться, я отворачиваюсь к монитору.

— Хорошо. — Поправляю очки и волосы. Черные. В каре. — Сейчас выпишу последние направления, и через три недели сможем начать.

Непослушными пальцами вношу в свеженькую анкету оставшиеся данные. Больше не оглядываюсь и не пытаюсь что-то понять. Стараюсь выполнять свою работу, как делаю это уже пять лет. Но не успеваю нажать на кнопку печати, как Шаталов встает. И, поставив руки на столешницу, наклоняется ко мне.

— Елизавета Ивановна… — произносит медленно, будто пытается почувствовать вкус моего имени. — Мы раньше с вами не встречались? — как гром среди ясного неба раздается возле самого уха.

Паника молнией проносится по телу. От внезапной близости вспыхивают все нервные окончания. Огнем горит каждый сантиметр кожи. Я и забыла, как это бывало. Особая магия этого мужчины. Девять лет прошло, но работает! Словно прописано в коде ДНК.

— Вряд ли. — Ногти до боли впиваются в ладонь, и голос звучит спокойно.

— У меня странное ощущение, что где-то вас видел.

Шаталов вскидывает руку и без разрешения касается моего лица. Ведет кончиками пальцев вдоль левой скулы. От щеки к виску. Заправляя выбившуюся прядь, скользит по уху. Когда-то оттопыренному, как у смешного эльфа. И уже пять лет — обычному. Без осточертевшей лопоухости.

Потрясенная, я не шевелюсь и не отвечаю. Жар от мужских пальцев стекает по шее, огненным шаром катится по груди и животу.

Дикая реакция. Слишком острая. Я как металлический осколок, который притягивает к магниту. Никакой воли. Чистая физика.

— Напомнили... одну девушку. — Не скрывая досады, Шаталов убирает руку и садится в кресло.

До раскрасневшейся жены ему будто бы нет никакого дела.

— По статистике у каждого человека на земле не меньше десяти двойников. — Внутри все в лохмотья, но я улыбаюсь. — Вы обознались.

***

Несмотря на то что хочется поскорее закончить, прием длится как обычно — стандартные сорок минут. Куча времени, однако вопрос с бесплодием Шаталова так и остается для меня загадкой.

Из доказательств лишь заключение врача с указанием проведенных обследований. Нет ни одного анализа.

Можно, конечно, спросить у самого пациента. Но эту мысль отсеиваю сразу. Во-первых, он не врач. Четко объяснить не сможет. Во-вторых, я заранее знаю: не станет Шаталов ничего рассказывать. Попытку узнать он обрубил сразу, и, если упорствовать/настаивать, сделает так же, только жестче.

«Связаться с клиникой», — ставлю себе пометку на полях медицинской карты и прощаюсь.

Будто тоже вымотались за этот прием, Шаталовы не задерживаются. Когда оба направляются к выходу, я наконец расслабляюсь. Позволяю себе отключить бдительность. Но у двери Шаталов пропускает жену вперед и внезапно оглядывается.