– Уверена, что в эти дни вы помогаете матери.

Я же считал, что все эти дни моя мать была не в себе и вообще понятия не имела о моем присутствии. Я кивнул, позволил женщине думать, будто ее слова помогают.

Далее поднялся по лестнице на второй этаж, легонько постучал в комнату двести девятнадцать и открыл дверь. Медбрат по имени Карл уже находился здесь. Моя сильно исхудавшая мать с желтоватого оттенка кожей лежала на кровати, ее каштановые с проседью волосы разметались по подушке.

– Доброе утро, мистер Янг, – поздоровался Карл, скрывая насмешку за вежливой профессиональной улыбкой.

Я ему не нравился. Карл присутствовал во время моих прошлых визитов, когда мать впадала в панический бред, запертая в ловушке прошлого и в реальности. Карл считал, что мне не следует приходить.

– Она сегодня довольно тихая, – произнес он. – Совсем ослабла.

Я сел на стул у кровати. Карл оказался прав, я тоже чувствовал, что моя мать куда слабее, чем в предыдущие дни. Тело и душа отдалялись друг от друга с каждой секундой все сильнее, словно нити, которые постепенно распутывались.

«Это случится сегодня».

– Можно мне минуту, Карл? – спросил я, поняв, что он не собирается уходить.

Одарив меня долгим взглядом, а он все же кивнул.

– Я подожду за дверью.

Голова моей матери оставалась повернутой к окну, а глаза уставились на пейзаж снаружи.

– Привет, ма, как ты сегодня?

Как и предыдущие дни, она не обратила на меня ни малейшего внимания. Провидение показывало, что сейчас она находится в совершенно другом месте. Походило на беседу с человеком, который поглощен чтением книги или просмотром фильма.

«Она не вернется в реальность», – подумал я обреченно.

– Мам? Ты слышишь меня?

Она слабо улыбнулась, но не мне. Лежа в больничной палате, мама улыбалась чему-то там, где витала сейчас. Нити продолжали распутываться.

– Мама, я просто хочу сказать, что понимаю, почему ты отправила меня в психушку. Я не сержусь. Правда.

Она вдохнула, ее узкая грудь дрогнула.

Я медленно наклонился вперед.