– Тревожная кнопка. У тебя полсекунды, чтобы убраться отсюда к черту.

Брайар испуганно перевела взгляд с Майкла на меня. Энди начал кричать и корчиться, возможно, потому, что с каждым мгновением сирены становились все громче.

Майкл отпустил меня, схватил со стола свой рюкзак и повернулся к Брайар.

– Уходим! – крикнул он, открывая дверь, ведущую в сад.

Брайар была напугана до смерти, это читалось в ее глазах. Энди плакал, и все, что она, казалось, хотела, это успокоить его.

– Брайар, верни его… – умоляла я.

Майкл не стал ждать ни секунды. Выскочил за дверь с рюкзаком за спиной и побежал, не оглядываясь.

Я хотела, чтобы его поймала полиция, хотела изо всех сил, хотя в тот момент мои глаза могли сфокусироваться только на женщине передо мной, женщине, которая держала на руках моего сына. Она начала пятиться, когда я подошла к ней и заставила вернуться к двери, которая вела на улицу.

Она перестала смотреть на меня испуганно.

– Прости, Ноа…

Я думала, что умру, когда она открыла дверь, чтобы выйти. Крики Эндрю пронзили мою душу. Ребенок страдал, а я ничего не могла сделать, его забрали у меня. Мои худшие страхи сбывались, а я ничего не могла сделать.

Затем из-за угла выехали две полицейские машины. Когда Брайар увидела их, она остановилась, ее глаза расширились.

– Я должна заботиться о нем, – сказала она, глядя на меня с ненавистью и крепко сжимая моего ребенка.

Крики Энди становились все громче, разрывая мне душу.

Брайар выбежала на улицу, но прямо перед домом остановилась полицейская машина.

– Бросьте оружие! – приказал полицейский, направив на нее пистолет.

Я прикрыла рот рукой. Нет! Там мой ребенок!

Брайар посмотрела на другую сторону улицы, но в этот момент подъехала еще одна полицейская машина, отрезав все шансы на побег.

– Бросьте оружие! – снова закричали полицейские.

Брайар посмотрела на меня, ее глаза были полны слез. Через секунду нож упал на тротуар.