Через час мы уже выезжали в сторону лаборатории. И чем ближе мы подъезжали, тем страшнее становилось.  Буквально через несколько минут я узнаю правду. Только нужна ли она мне? Есть ли смысл? 

Да хрен его знает.  

Взявшись за руки, мы входим в кабинет моего знакомого, что помог мне ускорить процесс. В руках у него был белый конверт, в котором находилась моя дальнейшая судьба. Передав его мне, Макс тут же выходит, оставляя нас одних.  

Долгие пять минут я тупо смотрю на конверт, не решаясь открыть. Я не знаю, чего боюсь, но мысль о том, что это не мой сын, пугает меня. Всего одна ночь, и я уже что-то чувствую к этому ребенку. Я ведь даже не уверен в отцовстве. 

Смотрю на Карину, что просто находится рядом. Не торопит меня, не дёргает. Ждёт, когда я созрею. Как бы спрашиваю у нее разрешения, и после лёгкого кивка, открываю конверт. 

С минуту всматриваюсь в результаты, с каждой секундой свирепея. Только что все мои надежды на то, что ребенок мой, разлетелись в пух и прах. Подскакиваю со своего места, хватая жену за руку, и спешу на выход. 

—Убью с#ку! 

Уже в машине Карина тоже изучает результаты теста. Она, кажется, расстроена не меньше моего. Оно и понятно, моя женщина быстрее меня прикипела к этому ребенку. На ее глазах он появился на свет.  

В роддоме нас ожидал сюрприз. Эта овца, что хотела подсунуть мне чужого ребенка, куда-то исчезла. Просто испарилась, словно ее и не было. Нам об этом сообщила медсестра, что принесла записку. Эта дрянь ещё и попрощаться решила. 

Уверена, к этому времени ты уже знаешь, что не являешься его отцом. Что ж, поздравляю. Злишься? Имеешь право, но ты должен меня понять. Папа бы убил меня, если бы я не женила тебя на себе. А ребенок- единственное, что могло тебя заставить это сделать. Но я не знала, что тут у тебя уже все по-настоящему, с другой. Она хорошая, береги её. А насчёт сына прости, он и не мог быть твоим. Если не считать того, что ты заснул почти в начале процесса, между нами ничего не было. И если можно, хочу попросить тебя об одном, знаю, ты не откажешь. Найди малышу хорошею семью. Я не могу забрать его собой.