— Можешь уже перестать болтать, — перебил меня Эдди.

Я захлопнула рот и секунду лежала, прижавшись к его теплому, твердому телу.

Затем (клянусь, я ничего не могла с собой поделать из-за адреналина и, возможно, моей новообретенной крутости) я провела рукой по его груди, по прессу, снова по груди, возможно, несколько целенаправленно зацепив ноготком его сосок.

Он схватил меня за запястье и удержал мою руку на месте.

— Ты устал? — прошептала я.

— Уже больше часа ночи, — ответил он, не отвечая прямо на мой вопрос.

Поразмыслив об этом, я пришла к решению.

— Я сама сделаю всю работу, — тихо отозвалась я.

Он не ответил и не пошевелился.

Проклятье.

Наконец, он сказал:

— Пожалуйста, скажи, что у тебя не было возможности наклоняться в этом платье.

Я быстро проиграла в памяти события этой ночи.

Нет, я не наклонялась.

За исключением, конечно, того момента, когда наклонилась, чтобы воспользоваться электрошокером.

Этим я с Эдди не поделилась.

— Я даже не садилась нигде, кроме «Мустанга».

Он ничего не сказал.

Я заерзала.

— Эм… — протяжно замычала я. — О том, что я делаю всю работу?