— Думаю, ты скоро узнаешь.

— Что, блядь, это значит? — глаза—бусинки Марселя сузились до щелей.

Лицо Зевса становится серьезным.

— Что я всегда тебе говорю, Марсель? В жизни есть два правила. Первое — никогда не выдавай всю информацию.

Я вспоминаю, как Марсель сказал Зевсу именно эти слова шесть недель назад в его квартире, и на моем лице расцветает улыбка, потому что предчувствую, что Зевс знает что—то, о чем не говорит.

Ранее он говорил мне, что на стороне, что—то замыслил, что напрямую касается Марселя. Возможно, это наконец—то происходит.

— Ты совсем охренел, — кричит Марсель, направляясь к двери. — Слишком много ударов по голове сделали тебя еще более тупым ублюдком, чем ты уже был.

—Ага, — говорит Зевс, ухмыляясь. — Совет тебе, Марсель. Не наклоняйся в душе.

А? Не наклоняться в душе?

Брови Марселя сходятся вместе.