Мое сердце забилось при виде его, как и всегда в последнее время, и я действительно почувствовала, что никогда в жизни не чувствовала себя более счастливой. Я не смогла удержаться и побежала к нему, как раз когда он насторожился и выпрямился. Он что-то сказал Рэймонду и, кивнув Джеку, Рэймонд открыл свою дверь и сел на водительское место, оставив Джека мне.

Я остановилась прямо перед ним, слегка запыхавшись.

Он откинул мою челку с глаз, кончиками пальцев нежно проводя по контуру моего лица.

— Ты не должна бегать, Роуз.

Я двигала головой вверх-вниз, и он вздохнул, когда я усмехнулась.

— И что?

— И что мне с тобой делать?

Я пожала плечами.

— Оставить себе?

Он потянулся за моим беретом и поправил его на моей голове, затем, обхватив руками мое лицо, наклонился и поцеловал меня. Его руки были теплыми на моих щеках, его губы — еще более теплыми и притягательными. Я схватила его за запястья, чтобы удержать его еще немного. Когда мы попробовали друг друга на вкус — не то чтобы на вкус, но на пробу, — он отстранился и посмотрел мне в глаза.

— Ты станешь моей смертью, — сказал он со всей серьезностью, на какую только был способен.

А я думаю, что люблю тебя, — хотела сказать я, но вместо этого одарила его своей самой большой улыбкой.

Его смех был для меня всем. Мои глаза и сердце теплели при одном только взгляде на него.

Он был полностью моим.

— Садись в машину.

Я повторила ему его же слова.

— Вечно ты мне приказываешь.

Он бросил на меня пустой взгляд с приподнятыми бровями, и я мило улыбнулась. Он открыл дверь и проскользнул внутрь сразу после меня. Я редко садилась на другой конец. Обычно он хотел, чтобы я была рядом с ним, и, как вы знаете, я тоже. В этот момент мое бедро упиралось в его бедро. Мы сидели так близко, и я не могла быть счастливее.

Я немного дрожала, когда он закрыл дверь, и провела руками вверх и вниз по рукам.