Помощник Стюарта провел меня в его массивный угловой кабинет. Окна от пола до потолка открывали панорамный вид на город и окрестности. Одетый в костюм, внушительная фигура Стюарта сидела за своим стеклянным столом. Он помахал мне рукой, не отрываясь от разложенных перед ним бумаг.

— Спасибо, что встретились со мной в такой короткий срок. — Я села в гладкое кожаное кресло напротив его стола и скрестила лодыжку с коленом.

— Не проблема. — Стюарт перетасовал бумаги на столе и отложил их в сторону. Он взглянул на меня и, сцепив толстые пальцы, склонился над столом, нахмурив брови. — Даллас сказал, что у вас в руках ситуация девять один один. В чем дело?

Если бы я только знал.

— Я не уверен. Там могут быть… картинки. Меня. Компрометирующие картинки. Или, может быть, видео. — Мой желудок сжался, как будто произнесение слов каким-то образом сделало его более реальным.

Он кивнул.

— Содержат ли они какие-либо несогласованные действия? Потому что, если они это сделают, вам понадобится другой адвокат. Я могу направить вас к адвокату по уголовным делам.

Я вздрогнул. Он серьезно спрашивал меня об этом? В ответ на мою физическую реакцию выражение его лица смягчилось, превратившись из делового в сочувственное.

— Я должен спросить, — успокоил Стюарт. — Прикрытие баз. Ничего против тебя, сынок. Я бы спросил Далласа о том же.

— Ничего подобного, — сказал я. — Но я не давал согласия на запись, если это имеет значение.

В моей руке зазвонил телефон. Это было сообщение от Бейли. Чувство вины захлестнуло меня. Я отклонил сообщение и перевел звонок на беззвучный режим.

— Вы знали об этом в то время?

— Что-то вроде. Я поймал девушку с включенной камерой телефона и разозлился. Она сказала, что удалила его. Я так и думал. Но я был довольно, ммм, пьян.

Стюарт делал пометки в лежавшем перед ним блокноте, затем снова поднял глаза. — Запись сексуальных действий кого-либо без его разрешения является уголовным преступлением.

Это подтвердило то, что я собрал на основе своего интернет-исследования, но сейчас это мало утешало. Я не хотел выдвигать обвинения после того, как моя жизнь взорвалась. Я хотел обезвредить бомбу.

— А что, если они передают его по кругу? — Я сглотнул, во рту внезапно пересохло.

— В штате нет конкретных законов, регулирующих порноместь. Но шантажировать вас освобождением было бы преступлением. Это уголовные дела. Для этого вам нужно будет пойти в полицию и написать заявление для выдвижения обвинения.

Копы. Если и была группа людей, которым я не нравился, то это были они.

И как здоровенный хоккеист, предъявляющий обвинения против цыпочки вдвое меньше его, прошел бы хорошо. Отличная оптика там с точки зрения моей карьеры.