— Мы не подходим друг другу, пойми и смирись с этим, — холодно произнёс Жерар. — Всё прошло. Забудь меня, забудь всё, что между нами было, и живи дальше. Я ведь много раз говорил тебе, что нам нужно расстаться. Так будет лучше для нас обоих. Нам не судьба быть вместе!

Сердце прекрасной девушки, казалось, вмиг превратилось в папье-маше после слов «не судьба», а я стоял как вкопанный и думал.

«Откуда ты, напыщенный и незрелый господин, знаешь, что тебе и этой девчушке предписано свыше? Как ты можешь сам решать, когда судьба и когда не судьба? Понимаешь ли ты вообще значение этого слова?»

От негодования я даже хмыкнул вслух: забавно и вместе с тем страшно, когда кто-то, легкомысленно наигравшись чувствами другого человека, списывает свою усталость и скуку на судьбу.

Меня зовут Доминик Рууд. Мне тридцать три года, и я журналист, который пишет необыкновенные истории из жизни людей, на первый взгляд кажущихся странными.

Впрочем, совсем недавно ко мне обратился человек с весьма загадочной историей — он утверждал, что оказался в затруднительной ситуации, повторяя судьбу главного героя прочитанной им книги.

— Мсье Рууд, поймите меня правильно, но мне кажется, что я сам стал персонажем романа, словно кто-то или что-то заставляет меня повторять судьбу этого персонажа.

По правде говоря, я лишь пожал плечами в ответ на откровения господина, пожаловавшего в редакцию нашей газеты. Он хотел от меня помощи, но что, скажите мне на милость, может сделать рядовой журналист маленькой городской газетёнки? Слушая диковинный рассказ незнакомца, я сначала притворялся заинтересованным, а затем стал изображать из себя страшно занятого человека, обременённого рабочей и житейской усталостью.

— Я бы с радостью выслушал бы вас и помог бы чем смог, но, увы, сейчас я просто тону в работе. Приходите ко мне дней эдак через… десять.

Я полагал, что у этого господина пропадёт желание посещать меня второй раз или он вовсе забудет обо мне и о нашей редакции, пропахшей старыми бумагами, пылью и мышами.

Посчитав его визит ко мне каким-то вздором, шуткой, но никак не реальной историей, я зажил обычной жизнью: работал, обедал, перекидывался фразами с репортёрами, редакторами и прочими людишками, перебегающими из одной двери в другую с кучей бумаг и весьма деловитым видом.

Через десять дней в дверь моего рабочего кабинета постучали. На пороге стоял тот самый незнакомец.

— Я пришёл ровно через десять дней, мсье Рууд, как вы и сказали.

Нежданный гость приближался к моему рабочему столу мелкими шажками. Он не улыбался. Его каменное лицо не выражало ни любви, ни тоски, ни жалости. Абсолютно ничего! Незнакомец протянул мне руку, а меня словно ударило током от этого рукопожатия. Я почувствовал одновременно страх, неловкость и стыд — мне казалось, что человек, вошедший в мой рабочий кабинет, исподтишка изучает меня.