– Элис?

– А, да-а-а, пошли, – опомнилась Элис и энергично поправила лямку сумки на своём плече.

– Отлично! Супер! – его грубый голос прозвучал на тон выше, когда радуется удовлетворительному ответу и широко ей улыбается.

Молодые люди направились к выходу и вдвоём вышли из академии. На улице появилось яркое солнце, которое освещало все улицы Нью-Йорка и лицо Элис, которое начало щуриться от солнечных лучей. Алекс прочищает горло и опускает взгляд на Элис.

– Мы можем пойти прямо сейчас или у тебя есть какие-то планы? Мы могли бы встретиться вечером, если ты хочешь, – Алекс взглянул на девушку с любопытством, взглянув на её пухлые губы. Как только девушка приоткрывает рот, Алекс мигов возвращает взгляд на её серые глаза.

– Нет, – улыбнулась ему Элис и спускается по лестнице вниз. Алекс прослеживает за её действиями и тоже спускается по лестнице, засунув руки в карманы брюк, – на сегодня у меня нет никаких планов, так что-о-о, – девушка оборачивается к Алексу с хитрой улыбкой и, раскинув руки в стороны, продолжила, – от меня не отвяжешься.

– Раз ты от меня не отвяжешься, – догоняет её Алекс широким шагом за пару секунд и, – то в путь? – он подмигивает девушке. Та быстро кивает в знак согласия и вновь поправляет лямку на плече.

Алекс, как полноценный житель Нью-Йорка, проживающий здесь чуть больше пяти лет, махнул рукой Элис к себе и повёл её за собой в нужную сторону, где находились ближайшее кафе. Элис решила не жалеть своих ног и попросила его немного прогуляться по улицам города, на что Алекс без возгласов кивнул и повёл их по другому маршруту, который ранее был.

Всю дорогу они обсуждали своё детство в родных городах, начиная от отрезания пуповины после их рождения и заканчивая настоящим временем. В первые пять минут разговора Элис чувствовала неловкость и смятение над собой потому, что она чувствовала неуверенность в своих действиях и ответах. Но через некоторое время она чувствовала себя максимально комфортно с Алексом так, будто они знали друг другу несколько лет и через долгое время наконец-то встретились друг с другом и теперь рассказывают друг другу всё, что у них произошло за период времени, когда их дружба оказалась на большом расстоянии, в разных точках мира. Прямо как с Венди, когда они летом встретятся в Чикаго.

До кафе они добрались за тридцать минут, не спеша, где, по словам Алекса, подавали не только вкусный кофе, но и вкусные пирожные и другие закуски к кофе или чаю.

Юноша открывает перед Элис дверь и галантно, как настоящий джентельмен, приглашает её рукой внутрь с милой улыбкой, также искренне улыбаясь и глазами с голубо-зелёными радужками, устремлённые на неё. Элис смущённо улыбается и коротко кивает ему в качестве благодарности. Она переступает порог и сразу начинает разглядывать кафе небольшой площади. Весь интерьер в помещении был выполнен в стиле бохо, что придавало кафе особую атмосферу простоты, но и в то же время чувствовался комфорт и уют, как в родных стенах своего дома. Другое название интерьера говорило само за себя – "пёстрая свобода". Люди, сидящие в разных уголках за небольшими столиками и бурно о чём-то общаясь, не давали тебе чувства того, что ты зашла в кафе, будто ты никогда не обязана переступать порог дома, а наоборот, своими улыбками так и манили присесть рядом с ними и как настоящая семья начать беседовать так, будто и не были друг друг чужими.