* * *

— Сначала я хотел показать тебе кое-что… Только не злись, ладно? — спросил Эмин.

— Что же это могло быть?

— Спустимся на цокольный этаж, покажу.

У меня в груди шевельнулись слабые подозрения. И я оказалась права, решив, что Эмин хотел показать мне свою коллекцию ценностей. Весь цокольный этаж напоминал хранилище банка — толстые двери, бронированное стекло…

— Твоя сокровищница? — поинтересовалась я шепотом.

Почему-то хотелось говорить шепотом, словно я была в музее! Так волновало обилие замысловатых картин, но Эмин провел меня в следующий зал: там были расставлены предметы, которые я для себя назвала просто «статуэтки», несмотря на то, что все они были разными по размеру и объему. Не была я сильна в этом, хоть убей… Кажется, я уже понимала, зачем меня пригласил Эмин.

— Почему ты говоришь шепотом? — удивился он.

— Не знаю. Ощущение, что я нахожусь в музее, где ничего нельзя трогать и лучше не подходить близко.

— Пойдем, — улыбнулся он.

Эмин подвел меня к отдельному пьедесталу, где за толстым стеклом была выставлена такая же статуэтка, которую я благополучно разбила. Вернее, это был оригинал.

— Хочешь подержать ее в руках?

— Не уверена, что хочу этого, — засомневалась я.

— Минутку.

Эмин отключил защиту, снял стекло и передал мне в руки прохладный камень. Кажется, она даже была тяжелее. Впрочем, я ни в чем особо не могла быть уверенной. Но Эмин обращался с предметом искусства очень трепетно и показал мне отличительную метку, знак мастера, его подпись.

— Ясно, — вздохнула я. — В целом… ээээ… было приятно познакомиться с оригиналом. Но предпочту убрать его обратно как можно скорее, во избежание неприятных случайностей.

— Знаешь, если бы ты даже разбила оригинал, это было бы для меня не так печально, как возможность прожить без тебя остаток своих дней.

Сердечко забилось ускоренно…

— Я хочу показать тебе еще кое-что. Нам надо вернуться в зал с картинами.

Эмин провел меня обратно и остановился возле пустого места, где по всей видимости, должна висеть картина. Сейчас там был пустой подрамник.