— Думаю, ты и сам догадываешься, каким образом наш умник это узнал! — перебил Кирилл.

Друг усмехнулся и посмотрел мне в глаза. Я застыл в ожидании его слов и был уверен, что Крестовский скажет нечто такое, что выведет мен из себя за считанные мгновения.

— Он подкупил кого-то из больницы, кто сливает буквально каждый шаг ненаглядной Анны и даже то, как она дышит в стенах этой клиники! — рассмеялся Крестовский, играя с дочуркой.

— Следишь за ней! — укорил меня Савицкий.

— Не слежу. Всего лишь хочу быть в курсе дел.

— К твоему сведению, это и называется слежка!

— Но мы вместе! — возразил я. — Она не согласилась пожить у меня, уклончиво ушла от ответа, но у нас есть все. Почти все!

— О да, мы знаем, чего бы тебе хотелось! Приковать ее к постели надолго…

— Можно подумать, вы со своими женушками в постели перебираете лепестки роз и считаете звезды. Непонятно только, почему размножаетесь, как кролики! — вспыхнул я.

— Не при ребенке же! — возмутился Крестовский, закрыв ушки своей маленькой дочурке.

— Она еще ничего не понимает, — возразил я.

— Может намотать на ус, — не унимался приятель.

— У нее и усов-то нет!

— Хвала небесам, надеюсь, у моей девочки никогда не будет усов!

— Брейк, парни… От вашей трескотни у меня всегда начинает болеть голова! — попросил Савицкий. — Эмин, ты не договорил, что у тебя там… Со свиданиями и с ЭКО.

— Анна постоянно ходит со мной на свидания.

— Что-то больно кислый у тебя вид, когда ты говоришь об этом, — снова встрял Крестовский. — Неужели это свидания с обломинго в конце?

— Если ты не перестанешь постоянно вставлять свои пять копеек поперек моих слов, твоим детям грозит будущая безотцовщина!

Малышка Крестовского начала реветь.

— Эмин, ты напугал ребенка! — рассмеялся Савицкий. — Кир, больше не зли нашего неудовлетворенного друга. Ему и так непросто сдерживать себя в руках!