– У меня мама больная… – только и могу проблеять я. Чистую правду, между прочим!

– Это если вы еще будете продолжать работать тут после такого! – так же спокойно и холодно роняет Ледяной Лорд.

Да что же это делается? Это что, из-за одних сраных ботинок вот так сотрудника, молодого специалиста, между прочим, с работы выкидывать?!

– Ром, погоди, запугал девочку! – Огненный Демон подается ко мне.

Его сильные руки с горячими ладонями ложатся на мои плечи. Тяжелые, они придавливают меня к полу. Я стою, не смея пошевелиться. Вся замираю внутри. Сгораю и замерзаю одновременно. Меж лопаток стекает ледяная капля. А Максим Эмирханович, тем временем, проводит по моим предплечьям вверх-вниз, и неотрывно поедает мои губы жадным взглядом. А я… мне бы сбежать, заорать, забиться в его руках… но куда я сбегу из тесной кабины лифта?! И голосовые связки замирают от нервного перенапряжения.

Не могу ничего сказать, никак возразить. Только лишь чувствую, как сзади, в меня вжимается еще одно каменное тело. С каменным же стояком, неоднозначно упирающимся мне в поясницу…

Невольно опускаю взгляд на отчетливый бугор стоящего впереди меня Огненного Демона.

– Ну что, Милана Зайченко, отработаешь за ботинки? – рычит Максим.

Рука Романа невозмутимо тянется к кнопке «стоп», блокируя движение и двери лифта. Капец. Пипец. Попадалово. Кабздец, одним словом! Как же я докатилась до жизни такой?!

Тяжело быть правильной девочкой, когда тебя склоняют два влиятельных босса. Зажали меня в тесном пространстве хромированного лифта в нашем офисном небоскребе и заняли выжидательную позицию. Силой брать меня не собираются! А вот шантажом?

Мне бы возразить, заплакать, взмолиться, но я продолжаю молчать, потом что ужас завязал мои связки, парализовал их, а эти двое только пользуются этим.

– Макс, кажется девушка не против. – холодно роняет Ледяной.

– Молчание – знак согласия, – ухмыляется Огненный.

Какое, нафиг согласие?! Они меня сейчас просто изнасилуют! Вдвоем! По очереди, или одновременно! А затем выкинут в шахту лифта, чтобы не заявила в полицию! Хотя у них все куплено в этом городе! Все схвачено! Из полиции меня просто выгонят, если не посадят за клевету на уважаемых бизнесменов… А мне нельзя! Поэтому никуда я не пойду.

* * *

Их объятия становятся невыносимыми. Мне нечем дышать. Голова идет кругом. Я задыхаюсь. Повсюду их руки. Ласкают меня. Изучают. Умело распаляют. Расстегивают пуговицы на блузке. Те самые злосчастные договора рассыпаются веером по хромированному полу кабинки.

Горячие руки Максима Эмирхановича уже под моей юбкой. Дергают ее вниз, и она рвется прямо по шву. А потом остатки ткани задирают наверх, обнажая бархатную кожу бедер, неприкрытых чулками.