Мы переглядываемся. Каждый думает об одном: это была собака или… человек? Собаки тут часто бродят, бездомные. Иногда на дорогу выскакивают, бросаются под колеса.

Я отмираю первым. Отключаю блокировку дверей. Ремень безопасности уходит на место.

– Надо узнать, что случилось, – киваю охранникам.

Парни выходят вместе со мной, только Вадим остается в машине. На дороге прохладно и тихо, а главное так темно, что хоть глаз выколи. Только “аварийки” на машине сигналят красным светом, но его недостаточно.

– Эй, – Дым стучит согнутым пальцем в стекло, – посвети, ни черта не видно.

Вадим послушно переключает фары на дальний свет.

На дороге в нескольких метрах от нас и правда что-то лежит. Я направляюсь к упавшему телу, все еще надеясь, что это одичавшая псина.

– Черт, – цедит второй охранник – Егор. – Так я и знал!

Мы подбегаем одновременно. Девушка. Худенькая, темноволосая. Лежит на боку, в позе эмбриона, растрепавшиеся волосы прикрыли лицо. Тонкая одежда совсем не по погоде.

Я опускаюсь рядом на корточки, отвожу в сторону длинные пряди. Прикладываю два пальца к вене на шее. А у самого внутри все застыло. Только трупа мне не хватало!

Она издает тихий стон. Сквозь полоску между ресниц ловлю ее помутившийся взгляд.

– Девушка, с вами все в порядке? Вы меня слышите? – касаюсь ее руки.

Она затихает. Пульс слабый, но есть.

Подоспевший Дым быстро осматривает ее.

– Внешних повреждений не видно, – сообщает уверенно. Он по первому образованию медбрат, так что в этом вопросе я ему доверяю. – Дышит ровно. Только, похоже, у нее гематома на затылке. Сильно ударилась об асфальт. Что делать будем?

Мы переглядываемся.

Слышу хлопок двери. Это Вадим наконец-то вышел и закурил. Представляю, как у парня руки трясутся. Сбить человека – это не шутка. За такое до пяти лет дают. Хорошо, что скорость была минимальная, все-таки спальный район. Но вот как он ее не заметил?

Решение принимаю мгновенно.

– Забираем ее с собой и возвращаемся.

– А самолет?..