Встряхиваю головой, отгоняя наваждение, но она так и остается стоять на месте.
Не понимая, что происходит, выхожу в подъезд и, прикрыв дверь, смотрю на номер квартиры. Вроде все правильно, в этой квартире живёт соседка.
Захожу снова и зову:
- Тамара Васильевна?
Она откликается из дальней комнаты:
- Димочка, это ты? Заходи родной, я сейчас.
Я очень удивляюсь появлению незваного гостя в квартире.
Мы переехали к бабушке только вчера, и я ещё не привыкла, что по утрам не одна дома. Отец на работе, мама, как обычно, где-то гуляет, делая вид, что очень занята, на деле просто транжирит деньги в салонах.
Я уже привыкла к странностям в своей семье, мы жили в другом городе, пока бабушка не позвонила и не пожаловалась отцу, что чувствует себя нехорошо в последнее время, ходить тяжело, и было бы неплохо, если бы мы переехали к ней. У нее большая трёхкомнатная квартира, место в ней хватило всем. Но маме, конечно, такая перспектива, совершенно не понравилась.
А я была рада вернуться туда, откуда меня насильно увезли ещё семь лет назад.
Я очень люблю бабушку, это тот родной человек, которому не все равно на меня и мои проблемы.
Я морально готова ко встрече с Димой, но не в полотенце же!
Смотрю на него и не узнаю в этом парне того маленького мальчика, который защитил меня, однажды, от районных хулиганов. Но манера, на автомате, зачесывать свои светлые волосы назад рукой, когда он начинает нервничать, так и осталась с детских времен, кажется мне такой знакомой и родной.
Димка!
Он сильно изменился за это время: возмужал, плечи стали шире, тело высушено тренировками. Со стороны его лицо невозможно назвать слащаво-красивым, оно какое-то грубоватое, но такое родное! Его голос тоже огрубел. В общем, передо мной стоит не мальчик, а взрослый парень, почти мужчина.
Я отмираю лишь тогда, когда понимаю, что сейчас к Диме выйдет бабушка и отругает меня за неподобающий внешний вид. Поэтому быстро прошмыгиваю в свою комнату, чтобы одеться.