– Черт, – не в силах сдержать эмоции.

С трудом собираю себя в кучу и поднимаюсь на ослабевшие ноги. Достаю колготки и перевязываю многострадальный чемодан. Вытаскиваю его на улицу и не сдерживаю стон, когда разгибаюсь, а поясницу простреливает резкая боль. Так долго таскать тяжести мне нельзя, но и выбора мне не оставили.

– Леночка, – доносится сзади знакомый голос первой сплетницы нашего двора, – а ты куда-то собралась?

Вот что за привычка у некоторых совать свой длинный старческий нос в чужие дела?

Натягиваю на лицо улыбку и поворачиваюсь. Сквозь толстые линзы на меня смотрят хитрые глаза Маргариты Филипповны.

– А, ты, наверное, наконец-то застала своего кобеля с той белобрысой, – у меня отваливается челюсть, а соседка продолжает как ни в чем не бывало: – Он с ней уже четыре месяца крутит роман. Я все думала, сказать или нет тебе. Ты же хорошая девушка, а тебя обманывают.

Сдерживаю порыв рассмеяться. Вот уж точно это последний человек, который думает о других. Но я прикусываю язык, чтобы не ввязаться в скандал.

– К родителям еду, Маргарита Филипповна, с удовольствием бы поболтала, но некогда, – развожу руками и хватаю чемодан, который мне уже порядком надоел.

Но в нем почти все мои вещи, а оставаться без пожитков я не собираюсь.

Дохожу до сквера недалеко от дома и падаю на лавочку.

– Да, систер, – бодро отвечает Линка, и мне даже становится легче от ее голоса.

Хотя облегчение длится недолго.

– Лин, мне Стас изменя-а-а-а-а-а-а-ал, – вою на пустынную улицу, и слезы катятся уже бесконтрольно по щекам.

Глава 2

Глава 2

– Так, меня, короче, задолбало смотреть на тебя такую, – без стука врывается в мою комнату сестра и распахивает плотные шторы.

Морщусь от резкого солнечного света и прикрываю глаза рукой.

– Лин, – мученически выдавливаю из себя.

– Что, Лин? Вот что, Лин? Сегодня день рождения, у нас, между прочим!

Накрываюсь одеялом с головой и прикрываю глаза. Одеяло, правда, надолго не задерживается, и его нагло сдергивают.