«Бьютифуль? (англ. — красиво)? — снова со смешным акцентом спросил водитель.

Ника улыбнулась, вежливо ему кивнув.

«Beautiful»… — повторила про себя, вспоминая, как точно так же, но с гораздо более восторженной интонацией использовала это слово Марта, описывая место, куда ей предстояло отправиться…

«Ты даже представить себе не можешь, как там красиво, Ника… хотя бы раз в жизни нужно побывать в этом раю. Девочки готовы глотки друг другу перегрызть за возможность оказаться в этом царстве роскоши, изыска и изобилия. А еще… — она понизила голос, от чего он стал мурлыкающе — чувственным, — чтобы иметь уникальный шанс в жизни увидеть Его Самого… и возможно, даже понравиться его глазу…

— Понравиться его глазу? — со смешком переспросила Ника. Её удивило то, как раболепно и мечтательно сейчас выглядела Марта, стоило только ей заговорить о шейхе Макдиси. Обычно авторитарная и надменная импресарио с жесткой системой штрафов и санкций в отношении своих подопечных вмиг стала кроткой овечкой…

— Не иронизируй, девочка моя. Он Бог. Просто Бог. Прекрасный порочный Бог. Никогда не видела мужчины ярче и величественнее. Зеленые глаза, смотрящие вглубь твоей женской сущности таким острым, мужским взглядом, что, кем бы ты ни была, между ног всё сжимается. Светлые, коротко стриженные, с идеальными контурами линий волосы. Смуглая, словно бы подсвеченная изнутри медная кожа. Когда я в первый раз увидела, как этот двухметровый красавец с атлетической фигурой в идеально сидящем костюме вошел в зал, думала, мое сердце остановится… Он совершенство. Просто совершенство. И привык окружать совершенством себя. Если и есть на свете идеальный окружающий мир — это мир, созданный Адамом Макдиси. Самые красивые дворцы, самые красивые машины, самые красивые женщины. Так что да, надо сильно постараться, чтобы быть достойным всей той роскоши, которая его окружает…

— Женщины? — переспросила Ника, — что, сказки про восточные гаремы — реальность?

Марта лишь посмотрела на нее многозначительно. Задумчиво. Коснулась щеки девушки тыльной стороной руки. Словно бы оценивая, присматриваясь.

— Твоя кожа белая и гладкая, как фарфор, Ника… На контрасте с черными волосами и алыми пухлыми губами очень выигрышно смотрится. — хмыкнула как — то печально-обреченно, потом добавила, — ты имеешь все шансы привлечь внимание Адама Макдиси. Не упусти своего лотерейного билета, красавица. Его протекция может помочь тебе взлететь к небесам на музыкальном поприще. И не опростоволосься. Потому что точно так же его недовольство может низвергнуть тебя на самое дно пропасти… Уж поверь мне, я знаю, о чём говорю…