— У нас есть правила, — весомо сказал Томас, то есть Север, и до Криса дошло, что он в этой камере главный, а Ящерица и Майкл гораздо ниже по социальному рангу. — Первое и самое главное: никогда не трогай мои книги и мои вещи. Дальше, как уже сказал Ящерица, не называй Майкла лысым. Не приноси ссоры из общего зала в камеру. Не перечь охранникам и слушайся их: наша камера на хорошем счету, и за это у нас есть привилегии. Из-за новичка я не собираюсь их лишаться. Работай честно, но если хочешь отсидеть безболезненно и выйти отсюда живым и относительно здоровым, то не высовывайся, не проявляй инициативу. И еще. Четверть от всех передачек идет на нужды нашей камеры. Запомнил? От тебя не будет проблем?

Крис слушал монолог Севера, не в состоянии прервать зрительный контакт. А после окончания речи гулко сглотнул и отвел взгляд.

— От меня не будет проблем. Но мне не будут ничего передавать. Некому.

— Да это тебе кажется, мамки всегда приходят, даже если злятся по первости, — усмехнулся Ящерица, а на фоне его слов зазвучал звонок. — О, сейчас клетки отопрут! Удачи тебе, Зелёный!

Снова лязгнул замок, снова открылась дверь. Но теперь уже не только камеры триста восемь, а всех камер во всей тюрьме. Ящерица и Майкл сразу же встали на ноги и вышли в коридор. А Север вставать не спешил. Он все так же пристально разглядывал Криса.

— Куда тебя определили работать?

— Еще не назначили. Сказали, что вызовут сегодня в течение дня. Скорее всего, направят уборщиком…

Кристофер скрипнул зубами. Перед глазами расцвела противными тошнотворными тонами картина, где он драит полы в загаженном туалете, а к нему приходят безликие недоброжелатели и либо макают головой в еще не почищенный унитаз, либо опускают более… примитивным образом.

— Так, ладно. Пока можешь держаться меня. Пошли, — Север хлопнул ладонями по коленям, встал с кровати, махнул парню рукой и направился в столовую, а Крис поспешил за ним.

Они спустились по лестнице на первый этаж, и Кристофер ни на шаг не отставал от Севера. Он кожей чувствовал, как по нему скользят липкие взгляды других заключенных, но ничего не мог с этим сделать. Он подавил дикое желание принять душ, желательно облиться кипятком. Ему казалось, что иначе эти взгляды было не отмыть. Люди смотрели, но не подходили, даже ничего не кричали вслед, как это показывали в фильмах. Кристофер отчего-то был уверен, что это из-за того, что рядом с ним идет Север, хотя он никак не выказывал своего расположения к новичку. Он привычным движением взял не особо чистый поднос из стопки и пошел вдоль раздачи. Крис, как болванчик, все повторял за ним. Они сели за один из крайних столов у стены, и к ним, спустя пару минут, присоединились еще трое незнакомых Крису мужчин.