– Её Петя забрал. Или она Петю забрала. Тут сложно сказать. Но от них было столько шума, думал, что тебя разбудят.

– Надо было сразу разбудить.

– Зачем будить, если человек спит.

– А Катя?

– А Катя забрала к себе Риту и тоже уснула. Только это чёрное недоразумение за мной увязалось на кухню.

– Ну, она не худенькая.

Щенок для брошенного был достаточно упитан.

– Ещё бы она была худенькой! Ей Катюха свои школьные завтраки скармливала. Да, да! Не смотри на меня так! Мне Тимофей рассказал.

– Но почему она нам ничего не сказала?

– Боялась, что двух щенков мы не разрешим ей взять, а куда деть второго она не знала.

– Можно было бы к Наде отвезти.

– Можно. Только Катя об этом не подумала.

– Она точно не напугалась?

– Судя по тому, как они с Тимохой уплетали пиццу и обсуждали, какой поводок купят, то – нет.

– Я чуть с ума не сошла, – вздохнула. – На, подержи Риту, пойду к Кате зайду.

Я передала щенка мужу, а сама пошла в комнату дочери. Катя спала, прижав к себе своего розового зайца. Осторожно присела на самый краешек, чтобы не разбудить её. Невозможно передать словами, что я успела передумать.

Поправила Кате одеяло, подняла упавшую на пол Белль, и тихонько вышла из комнаты, прикрыв за собой дверь. Иван сидел и на автомате водил рукой по чёрной шерсти Риты. А ведь ему тоже сегодня досталось. Я видела, как он устал. Присела рядом и обняла.

– Ты ел?

– Да, поел немного.

– Вань, – не знала сейчас сказать ему ещё одну новость, или подождать до утра? – Давай спать. На тебе лица нет.