– Па! Она не ест сладкое! А наверх можно?

– Наверх можно, – разрешил Иван. – Там их найдём мы! Да, Андрюх?

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Смотрела на семейную идиллию. Это первый Новый год у Андрея, и его первая ёлка, которую он, естественно, не запомнит.  

– Давай, я посижу с ним, а ты поможешь Кате, – предложила мужу.

– Ну, уж нет! Мы свою мужскую работу выполнили! Да, Андрюх? Ёлку купили, поставили, а наряжать – это девочкам.

– Мам, я сама. Рита! Отдай мишуру! Мама! Она её грызёт!

– Катюш, давай в этом году тоже без мишуры.

– Опять?

– Опять. Рита всё равно её стащит.

– А мы с Андрюхой, между прочим, говорили вам, что зря покупаете, – поддел Иван, который всё своё свободное время теперь возился с сыном.

Сын подрос, и Иван стал намного увереннее, чем это было в самом начале.

– Эх, Андрюха, когда ты уже ходить начнёшь? Мы бы на лыжах с тобой покатались, или коньках.

– Ваня, какие коньки?

– Как какие? Хоккейные! Я уже и клюшку присмотрел.

Эпилог.

Эпилог.

– Это что сейчас было? – Иван оторвался от телефона и, нахмурившись, посмотрел в сторону коридора. Рита чихнула. Даже собака почувствовала запах насыщенного мужского парфюма.

– Кажется, у кого-то появилась невеста, – промурлыкала Катя, засовывая в рот кусочек огурчика.

– Какая невеста?