– Да, пожалуй, – отвечаю, не отрывая глаз от припухших губ Виолы.

– Минутку, – официантка бросает на нас еще один недовольный взгляд и растворяется в толпе.

Виола указывает глазами на мою ладонь, которая так и осталась почти намертво впечатанной в ее бедро. Я с сожалением убираю руку, по-прежнему ощущая мягкость и тепло ее тела.

– У тебя нежная кожа, – пытаюсь говорить ровно, но хрипотца в голосе меня выдает.

– Спасибо, – Виола переловила мою ладонь и развернула на своих коленях. Ее нежные пальчики принялись водить по линиям на коже, гоня ток возбуждения в район паха, – у тебя красивые руки, – она пошло облизала губы, – они будут идеально смотреться на моем теле. Что скажешь?

Я подвис на ее словах, до меня, наконец, дошло, что главный соблазнитель тут далеко не я. Все это время я был как маленький ребенок, которого манили вкусной сладостью. А главный поставщик сладостей, который будет отвешивать удовольствие – это вот эта милая красотка передо мной, которая лишь изображает хрупкость и податливость, а на деле жестко контролирует всю игру и ведет меня куда хочет.

Меня это немного разозлило, и я решил срочно восстановить правильную расстановку сил. Я мужчина и я решаю. Поэтому, освободив руку, я вернул ее на прежнее место и, смяв платье до бедра, с силой сжал нежную кожу. Второй рукой зарылся в темных длинных волосах и жестко привлек Виолу к себе.

– Думаю, это нужно проверить, – прохрипел ей в губы и впился поцелуем.

Виола и не думала сопротивляться, лишь плотнее придвинулась ко мне. Ее упругая грудь оказалась прижатой к моей рубашке, давая ощутить ее упругость и острые соски. Обалдеть, под платьем точно нет лифчика.

– Поехали ко мне, у меня квартира рядом, – выдыхаю Виоле в шею и целую чувствительную кожу.

– Лучше ко мне в номер, не хочу никуда ехать, – она отстраняется и проводит большим пальцем по моим губам, – думаю, нам стоит уйти отсюда, пока нас не выгнали за аморальное поведение на публике.

– Идем, – я поднимаюсь и бросаю на стол пару крупных купюр, которые точно покроют счет и еще останется приличный час официантке за моральные неудобства.

Предвкушение, такое острое и волнующее, оно простреливает по всему телу и требует как можно скорее добраться до места, где мы, наконец, сможем остаться одни и я распробую мою сладость на вкус.

– Ты на каком этаже? – Обнимаю Виолу за талию, чтобы увезти прочь из бара в сторону лифтов.

– Десятый.

– Отлично, – толкаю девушку в пустой лифт, и не дожидаясь, пока закроются двери, вжимаю ее в стенку лифта, – какая ты сладкая, не могу оторваться, – сипло нашептываю Виоле в ухо, а ладони продолжают путешествовать по ее телу.